А я тупо дрых до обеда, а потом два часа с похмелья мучился.
В доме тихо, как в склепе и так же холодно. Слышно только цокот когтей шпица по глянцевому полу.
Крутя связку ключей на пальце, прохожу через круглый холл и сворачиваю в левое крыло, туда, где находится кабинет отца.
Оповещаю о своем приходе стуком костяшкой о дверное полотно и захожу внутрь.
— Здорово, — делаю несколько шагов и падаю на диван.
Отец, сидя в кожаном кресле перед монитором ноута, смотрит на меня поверх очков.
— Оборзел, сынок.
— Проспал.
— Рожа помятая. Пил вчера?
— Пил, ага… — откинувшись на спинку, широко зеваю, — есть, че пожрать?
— Тебя к обеду ждали, — бросает отец, возвращаясь к работе, — перебьешься.
— Я тогда поехал?
— Декан твой звонил, — говорит буднично, — скоро на учебу. Помнишь?
— Помню, в сентябре практика.
— Вот именно. Уже решил, где будешь ее проходить?
Почесав кончик носа, усмехаюсь.
— А я буду ее проходить?
— А что, нет? — отвечает вопросом на вопрос.
Вообще, нет. Собирался продлить каникулы еще на месяц.
А может, даже на море смотаться в сентябре.
— Ну, надо, значит, надо…
— Не ерничай! — рявкает неожиданно, — сказал, будешь практику проходить, значит, будешь!..
Согласно киваю, прекрасно понимая, что он и не надеется увидеть меня в своем офисе. А я не собираюсь просиживать там штаны, но его право поорать на меня в воспитательных целях уважаю.
— Мне твоя учеба поперек глотки стоит уже!
— Мне тоже.
— Двадцать четыре года опездолу!.. И до сих пор ума не набрался!.
.
Зевнув, на часы поглядываю. В желудке голодное урчание.
— Я последний раз тебя, Максим, предупреждаю, не принесешь мне в этом году диплом, выкину из дома и обнулю счета.
— Хорошо, папа. А ты чего разошелся-то? Я снова где-то накосячил?
— Для профилактики!
— Тогда я пошел? Профилактические мероприятия закончены?
— Степан конкурс прошел в JT, — говорит вдруг отец.
— А-а-а… вон оно что! Зависть?..
— Зависть, да! — цедит, подаваясь ко мне через стол, — вот тебе и троечник, да? Вот тебе и тихоня!.
.
— Рад за него. Привет передавай.
Поднимаюсь и, снова зевнув, иду к выходу.
— К деду загляни, он скучает…
— Загляну.
— И Стефе позвони.
— Позвоню.
— И поешь на кухне! — догоняет в спину, когда я закрываю дверь.
Первым делом пожрать иду, потому что терпеть голодные спазмы становится невыносимым.
Вхожу на кухню и застаю там Нину, нашу постоянную кухарку. Согнувшись пополам у открытого шкафа, гремит кастрюлями и не слышит моего приближения.
