Капитан что, ее клеит? И снова Еву бросило в жар, и она почувствовала простое, понятное, безо всяких странностей напряжение, которое по природе должно случаться между молодыми и здоровыми мужчиной и женщиной. Тмерри, правда, не совсем здоров, но…
— Ты чего? — спросила Ева подозрительно.
— А ты?
— Я? А что я?
— Почему атриец? Если тебе нужен муж, я бы и в этом тебе помог.
— В этом мне не нужна помощь!
— Еще как нужна. В каком же ты отчаянии, что собираешься выйти за человека другой веры и другого сорта?
— Какого еще сорта? — разозлилась Ева.
— Ядовитого, — ответил Вайд, особо не задумываясь.
Тут Гильда вернулась с отваром в кружке. Увидев проснувшегося сына, она весьма обрадовалась и стала с ним сюсюкаться, как с маленьким. Ева же, поглядев на цвет отвара, одобрила его и засобиралась домой:
— Вы все правильно сделали, Гильда. Пусть Вайд хотя бы кружку выпьет, а потом ляжет спать. Не обязательно сидеть с ним всю ночь, он и сам в состоянии будет намочить простыню и сбить жар.
Вы лучше сами отдохните. А мне пора.
— И куда ты пойдешь? — приподнял бровь Вайд. — Ночь на дворе.
— И правда, Гриди поймет, если ты останешься у нас, — согласилась с сыном Гильда. — Останься у нас, Эва; я тебе постелю.
— Нет, я не хочу вас стеснять.
— На улицу я вас одних в это время не пущу, — заявил Вайд грозно.
— Мне твое разрешение не нужно, — отозвалась Ева.
— Эва, милая, останься, пожалуйста, а то мне покоя не будет, — попросила Гильда.
А вот ей Ева отказать не смогла и была вынуждена остаться в гостях у Тмерри.
Пока Вайд потягивал ромашковый отвар с медом из кружки, женщины устроили еще два спальных места прямо на полу у окна, чтобы свежее было и лучше спалось. Условия были не из шикарных, мягко говоря, но не это заботило Еву, а Вайд, лежавший рядом – потому что в такой тесноте «далеко» невозможно.
Еще и Гильда вскоре стала похрапывать, а такое звуковое сопровождение хорошему сну тоже не способствует. В итоге Ева так и не могла заснуть.
— Мне плохо, — раздалось в темноте.
Сглотнув, девушка уточнила:
— Жар усилился?
— Наверное. Кости люто ломит, а во рту сухо.
— Я подам тебе отвара.
Ева встала, вытянула руки, чтобы случайно ни во что не врезаться, и дошла до стола, где Гильда на ночь оставила кувшин с отваром. Налив в кружку отвара, Ева подошла к кровати, боясь оступиться; горячая рука ухватила ее за локоть:
— Сюда, — подсказал Вайд шепотом.
— Бери кружку и пей, — так же тихо сказала Ева.
