— Никто не умрет, — сказала Ева решительно, — это просто жар, и мы его сейчас собьем. Отвар приготовьте. Или мне лучше самой?
— Нет, я; кухни же у нас нет, на первом этаже общий закуток с печью, и нечего тебе там мыкаться не знаючи.
— Тогда идите, а я с ним посижу.
Гильда кивнула и, утерев слезы, ушла. Ева же намочила простынь и аккуратно опустила на Вайда. Прикосновение холодной ткани обожгло мужчину, и он проснулся, заморгал; улыбнулся довольно, увидев ту, ради кого решился напугать мать:
— Пришла?
— Пришла, — усмехнулась Ева.
— Дай угадаю: под дождь попал, бравый стражник?
— Да… после того как мне по башке дали. Башка болит, аж звенит все.
— А тошнит? — встрепенулась девушка, начиная искать на лице Вайда новые ужасные симптомы.
— Нет, — сглотнул он, — ты только матери не говори.
— Не скажу.
— И не уходи, ладно? — попросил Вайд, пользуясь преимуществами своего состояния.
— Не уйду, не бойся, — шепнула Ева.
На горячей коже капитана простыня высыхала быстро, так что ее пришлось мочить несколько раз.
Зато, по крайней мере, простыня хоть как-то прикрывала самого капитана, и Ева не так уж сильно стеснялась. Хотя чего уж там? Стеснялась сильно, словно первый раз мужчину видела. Ну, а что? Такого мужчину – первый раз и видела... А Вайд, несмотря на температуру и шишку, дело усложнял, следя за каждым движением девушки.
— Такое ощущение, — произнес он, — что ты впервые больного человека видишь.
— Это ты-то больной? — хмыкнула Ева. — Да ты здоровее всех. Любой другой с такой высокой температурой бы в судорогах бился и видел бред, а ты в себе.
А ведь еще и по голову получил.
— Я крепкий.
— Вижу, — снова хмыкнула девушка.
— Нервничаешь? — спросил Вайд, заметив очень уж суетливые движения своей «сиделки».
— Я? С чего это? — Ева изобразила удивление.
— С того, что мы с тобой одни и я голый.
— Я много голых людей видела в храме. То есть больных.
— Но я – другое дело. Я тот, кого ты давно знаешь.
— Вайд, — нахмурилась девушка, — если ты хочешь меня смутить, то сейчас не самое подходящее время.
— Вообще-то я сам сильно смущен. За мной только мать и ухаживала, да и то когда я совсем сопливым был. Забыл уже, что такое женская забота.
— Что-то не похоже. Мне кажется, ты очень даже обласкан женским вниманием. Любая к твоим услугам, только подмигни.
— Любая? — уточнил Вайд и подмигнул Еве.
Девушку бросило в жар: то ли сама заболела, то ли на нее плохо подействовала простыня и обнаженный Тмерри под ней.
