— Да, милорд.
— Мы были знакомы. Он не раз охотился в моем поместье. — Граф помолчал. — Я приглашал его вместе с семьей, но он всегда предпочитал приезжать один.
В этом не было ничего удивительного. Ее отец считал трех своих дочерей никчемными созданиями. По этой причине их мать тоже проявляла к ним мало интереса. И как результат, Хелен, Пандора и Кассадра иногда не видели своих родителей месяцами. Удивительно было то, что воспоминание об этом до сих пор отзывалось болью.
— Моему отцу всегда хотелось иметь как можно меньше общего со своими дочерьми, — отстраненно заметила Пандора.
— Мы были для него всего лишь досадным обстоятельством. — Опустив голову, тихо добавила: — Может, не так уж он ошибался.
— Не соглашусь. — В голосе графа прозвучало удивление и сочувствие. — Мои дочери не раз доказывали мне, что девушки, исполненные благих намерений и обладающие живым умом, умеют правильно вести себя в сложных ситуациях.
В разговор вступил лорд Човорт.
— Эту сложную ситуацию можно упростить до предела.
Я вверю леди Пандору сопровождающей ее даме. — Он повернулся к молодому человеку, стоявшему рядом с девушкой. — Полагаю, сейчас вы отправитесь в Рейвенел-хаус, чтобы встретиться с ее семьей и договориться обо всем?
— О чем договориться? — спросила Пандора.
— Он имеет в виду бракосочетание, — ровно сказал молодой человек. Глаза его стали холодными. Испуг и тревога овладели ею.
— Что? Нет! Нет! Я ни в коем случае не выйду за вас. — Сообразив, что он сможет принять это на свой счет, Пандора добавила более примирительно: — Дело совсем не в вас.
Просто я вообще не собираюсь выходить замуж.
Лорд Човорт высокомерно прервал строптивицу:
— Смею предположить, что у вас не возникнет возражений, когда вы узнаете, что человек, стоящий рядом с вами, — это Габриель, лорд Сент-Винсент, наследник герцогства.
Пандора покачала головой:
— Лучше быть поденщицей, чем женой пэра.
Холодный взгляд лорда Сент-Винсента обежал плечи, все в царапинах, разорванное платье и вернулся к ее лицу.
— Дело в том, — произнес он тихо, — что вы отсутствовали в бальном зале достаточно долго и наверняка стали объектом всеобщего внимания.
Теперь до Пандоры дошло, что она действительно оказалась в сложной ситуации, которую невозможно разрешить простым объяснением, или деньгами, или влиянием ее семьи. В ушах пульс бил в литавры.
— Если вы позволите мне тотчас же туда вернуться, никто даже не заметит моего отсутствия.
— В такое невозможно поверить.
