Мысленно Габриель вернулся в настоящее, где Пандора излагала свои обиды.
— Я хотела, чтобы у лакея были сияющие глаза, как у Санта-Клауса, а не как у викинга-наемника. Лакею полагается быть гладко выбритым, с приятной наружностью, и имя у него должно быть милое, вроде Питер или Джордж. Но мой лакей хмурится, зло ворчит, и зовут его Драго. Вдобавок у него черная борода. Ты бы видел его, когда я зашла в отдел игрушек универмага. Он встал у дверей, сложил руки на груди и начал зыркать этими своими глазами по сторонам.
Все дети испугались, стали прижиматься к матерям. — Пандора бросила подозрительный взгляд на Габриеля. — Он хоть понимает, что такое быть лакеем?
— У него не много опыта, — признал Габриель. — Драго работал в клубе на разных должностях. Но камердинер учит его, а он все хватает на лету.
— Почему у меня не может быть обычного лакея, как у других дам?
— Потому что ты не хочешь ездить в те места, куда обычно ездят другие дамы. — Габриель опустился в кресло, чтобы снять обувь и носки. — Тебе придется подыскивать место для фабрики, ездить на встречи с поставщиками, с продавцами розницы, с оптовиками и так далее.
Если с тобой будет Драго, я не стану беспокоиться о твоей безопасности. — Увидев, как насупилась Пандора, он решил поменять тактику. — Конечно, мы уволим его, если ты настаиваешь. — Он небрежно пожал плечами, потом начал отстегивать подтяжки. — Но будет жалко. Драго вырос в сиротском приюте, без родительского тепла. Его единственное обиталище — маленькая комнатка в клубе.
Ему всегда хотелось пожить в большом доме, чтобы узнать, что такое семейная жизнь. — Последняя фраза была чистейшей воды фантазия, но она сработала.
Пандора устремила на него долгий страдальческий взгляд, а потом тяжело вздохнула.
— Ладно. Наверное, оставлю твоего Драго. Только скажи ему, чтобы не пугал людей. — Она театрально опрокинулась на спину, широко раскинув руки и ноги и печально проговорила: — Мой собственный лакемонстр.
Габриель посмотрел на миниатюрную фигурку жены, лежавшую на кровати, и на него накатила волна удивления и похоти, заставив затаить дыхание.
В следующее мгновение он уже лежал на ней и прижимался к ее губам.
— Что ты делаешь? — засмеялась Пандора, пытаясь выбраться из-под него.
— Принимаю приглашение.
— Какое еще приглашение?
— То самое, что ты послала мне, развалившись на кровати в столь соблазнительной позе.
— Я просто лежу, как дохлая форель, — запротестовала она, уворачиваясь от него, когда он начал задирать ей юбки.
