Верит ему, а не нам, как водится, считает все клеветой, распускаемой врагами достойнейшего человека… Дело зашло слишком далеко, мы боимся, что они могут заключить брак в ближайшие дни, и законных способов помешать этому нет… Поверьте, ни доктор Джексон, ни тем более я не имеем тут ни малейшего меркантильного интереса, мы просто-напросто хотим помочь бедняжке. Я не бросаю в беде добрых знакомых и готов горы свернуть…
Она задумчиво произнесла:
— Говоря по совести, капитан, я считала вас человеком… более легкомысленным.
Вы оказались гораздо серьезнее, чем гласит молва. Вот только… При чем тут я? Или… Речь идет о ком-то, кого я должна хорошо знать?
Она на миг отвела глаза, словно вмиг опечалившись. «Поняла, никаких сомнений, — подумал поручик. — О слабом уме и речи быть не может. Вполне возможно, она и сама могла бы назвать имя, но предпочитает услышать его от нас».
— Вы правы, леди Уичерли, — сказал капитан решительно. — Все так и обстоит. Имя джентльмена — лорд Бэннинг…
Она превосходно владела собой — но по прекрасному личику все же промелькнула гримаса несомненного отвращения, сущей гадливости, как от прикосновения слизняка.
Взгляд стал вовсе уж недоброжелательным.
— Вы полагаете, я в состоянии как-то помочь? — холодно осведомилась она.
— Именно о помощи, набравшись дерзости, мы и осмеливаемся вас просить… — сказал капитан. — Мне говорили, что в свое время вы хорошо знали лорда Бэннинга, неплохо осведомлены о его делах… Возможно, вы знаете что-то такое, что нам помогло бы… Будь у нас с доктором сведения о каких-то, говоря обиняками, не вполне достойных джентльмена поступках… Выход в нашем положении один: поговорить откровенно с самим лордом Бэннингом либо с его поверенным… у него, конечно же, есть поверенный в делах, как у всех… Пригрозить… да, вот именно пригрозить оглаской неприятных фактов… я ничего не знаю пока что, но мы с доктором убеждены: у такого человека должны найтись поступки и обстоятельства, оглашение которых для него крайне невыгодно.
Леди Уичерли, я предельно откровенен, как видите — от полной безысходности.
Согласен, то, что мы хотим сделать, быть может, и не согласуется с высокой моралью и светской этикой… Но, повторяю, у нас есть сильнейшие подозрения, что девушка лишится всего и будет несчастна.
Он замолчал, уткнулся взглядом в пол. Поручик тоже попытался придать себе вид отчаявшегося человека, поставившего все на карту. Тишина стояла напряженнейшая.
— Вы благородный человек, капитан… — произнесла она внушающим надежду голосом.