– Это же надо так обнаглеть, явиться ко мне на рабочее место и начать задавать вопросы! Не буду я на них отвечать, полковник! А ты, между прочим, создаешь мне опасные условия для работы. И будешь за это отвечать! Лезь назад, я говорю!"
"И он лягнул ногой, метя по руке сыщика, держащейся за скобу. Однако Гуров отбил этот удар другой рукой и ответил упрямому монтажнику так:
– Я никуда не полезу, пока ты со мной не поговоришь. Так и будем оба здесь сидеть, навроде горгулий в Париже. Ты человек упрямый, но я тоже упрямый.
Ты не сможешь слезть, пока я здесь под тобой сижу. Подумай об этом, Георгий. Так что давай лучше мирно поговорим.
Работу Георгий закончил и не выдержал.
– Слышь, ты, полковник! – усмехнулся он. – Хрен с тобой, отвечу на твои вопросы. Только давай все же слезем на крышу – дует здесь больно сильно.
– Конечно, давай слезем, – откликнулся Гуров.
Спускаться оказалось еще тяжелее, чем подниматься. Но наконец Лев Иванович достиг крыши. Вслед за ним на крышу спустился и Георгий Чуркин.
Теперь сыщик мог хорошенько разглядеть бывшего киллера. Чуркин был человеком лет тридцати восьми, очень загорелый, небритый, с суровым выражением лица. В свою очередь, и Чуркин тоже внимательно разглядывал оперативника. И, видимо, внешний вид полковника произвел на него благоприятное впечатление. Потому что тон его сделался мягче.
– Ну, и какие будут вопросы? – спросил он.
– Сначала я повторю вводную, – сказал Гуров. – Сегодня утром на Профсоюзной улице неизвестный на мотоцикле расстрелял водителя Сергея Кожемякина.
Водитель умер на месте. Я знаю, что в прежние времена ты сам занимался таким промыслом, за что понес заслуженное наказание. Знаю я и то, что к сегодняшнему убийству ты непричастен: как мне сообщили в твоей фирме, ты с раннего утра трудишься на этом объекте. Вот, а теперь вопрос: кто из двоих твоих бывших коллег может быть к этому причастен – Рома Погибелов или Игорь Амелин?
Георгий Чуркин вновь рассердился.
– Это же надо, такого нахальства набраться! – вновь загремел он.
– Требовать, чтобы я за здорово живешь продал своих дружбанов! Да с какого бодуна я должен это делать?
– А с такого бодуна, что один из этих дружбанов убил честного человека, простого водителя, – зло ответил ему Гуров. – Человек на работу ехал, а твой дружбан его убил!
– И тут ты врешь! – все так же напористо проговорил Чуркин. – Ты ведь сам знаешь, что честных людей киллеры редко убивают.
