Я еще не знала, что в моей жизни скоро все так запутается и перепутается, что лучше бы я никогда не соглашалась на предложение ректора.
* * *После ванны мне выдали старое платье Лауры, которое оказалось великовато, но совсем чуть-чуть. Удивительно, как получилось, что дочь аристократа и дочь простолюдинки так похожи!
Хип помогла мне застегнуть крючки на спине и расчесать волосы.
– Ты так напоминаешь мне нашу девочку, – вздохнула она. – Где-то она сейчас? Кто ее накормит и приютит?
Старая служанка была грубовата и строга, но действительно любила свою юную хозяйку и скучала по ней.
– Она вернется, – пообещала я. – Ловчие ее отыщут…
Хип бледно улыбнулась: толика ее приязни досталась и мне. Она будто впервые разглядела меня как следует.
– Ну тебя-то я точно накормлю отличным ужином. Ты уж, наверное, и не помнишь, когда в последний раз ела досыта, бедная сиротка.
«Бедная сиротка…» Сколько раз за свою жизнь я слышала эти слова, и не сосчитать. И в последнее время мне хотелось покусать каждого, кто их произносил.
– Не надо меня жалеть, – твердо сказала я, глядя в зеркало на свое отражение и заодно на застывшее лицо Хип. – Мне повезло больше, чем другим. У меня есть руки, ноги, голова. У меня есть дар, и, как только я окончу Академию, у меня всегда будет работа. Мне нечего стыдиться.
– Да-да, – торопливо согласилась служанка, поправляя оборки платья. – Не обижайся на старую…
– Я не обижаюсь.
В столовую мы спустились почти друзьями, и Хип сдержала обещание: на моей тарелке оказались самые крупные и вкусные кусочки.
А вот после ужина за дело взялась мифрау Голдридж.
– Спину ровнее! Ровнее! Хип, неси из библиотеки книгу – да потолще, иначе эта бестолковая девчонка никогда не научится.
Я уже битый час вышагивала по залу, держа осанку. Я и так не сутулилась, но строгой наставнице то не нравилась моя походка («Как гвардеец на марше!» – выплюнула она), то наклон головы: «Выше, выше подбородок, помни, что этим вечером ты леди!»
Балансировать с увесистым томом на голове оказалось еще сложнее, но в конце концов тетка Лауры тяжко вздохнула и сдалась.
– Теперь танец! После объявления помолвки бал откроет танец жениха и невесты.
Я застонала. У меня и так уже болели все косточки.
– А минейр Голдридж не придет сегодня?
Я надеялась, что ректор отвлечет сестру от этого безумия. За вечер я все равно не научусь танцевать.
– Нет, – коротко бросила Селедка. – Минейр занят!
Пришлось вальсировать. То с мифрау, то с Хип.
