Видишь? В нем ритуальный кинжал, принеси, будь добр.
– Что?.. Ден?.. – Я не хотела верить.
Все и так было в крови, поэтому я не сразу обратила внимание, что грудь Эйдена пробита насквозь.
– Тебя так сильно ранили! Надо поскорее перевязать! Ид!..
– Ш-ш-ш, детеныш, – спокойно сказал Ден. – Меня не ранили. Меня убили. Уже давно.
Аид держался лучше всех, старался сохранять хладнокровие, но вокруг его темных глаз залегли тени, а сами глаза горели как угли на осунувшемся лице.
Он принес кинжал – небольшой, немного искривленный, с удобной длинной рукоятью и узким лезвием.
– Теперь режь ладонь! – приказал Эйден.
Он снова покачнулся.
– Лу, я положу тебя, котенок… Я рядом…"
"Он устроил Лауру на алтаре, распрямился и сурово взглянул на Аида, застывшего с кинжалом в руках. Это был взгляд короля, привыкшего повелевать.
– Но… Как? Ты ведь не собираешься передать власть мне? Я даже не житель Тирра!
Эйден картинно развел руками, приглашая оглядеться.
– А ты видишь здесь кого-то еще?
Сузил глаза.
– Аид, у меня слишком мало времени! Передашь трон достойному.
Или будешь править сам! Знаешь, из тебя выйдет куда лучший король, чем я.
Эйден был еще полон энергии, но на самом деле жизнь быстро покидала его.
Наверное, потом, когда все закончится, я буду рыдать сутки напролет, вспоминая неподвижную Лауру, которая еще дышала, но едва-едва, и Дена, который крепился, но знал, что ему остались считаные минуты. Однако прямо сейчас мое сердце будто заковали в броню – ни слезинки.
Аид решительно сжал губы и полоснул по ладони.
– Одно преимущество у моего положения есть, – фыркнул Ден, и я подавила всхлип: его фырчанье воскресило в памяти Куся. – Крови предостаточно.
На рыхлой поверхности алтаря появились два отпечатка ладоней.
– Вот мой преемник, – тихо произнес Эйден, мне почудилось облегчение в его голосе: он все-таки сделал то, ради чего пришел. – Я отдаю власть добровольно носителю этой крови. Его детям. И детям его детей. Или каждому, кому он пожелает передать трон. Да будет так.
– И все? – не поверила я.
– Так просто?
Ден не ответил. Когда он договорил последнюю фразу, силы разом оставили его. Он присел на алтарь.
– Ден! – вскрикнула я. – Кусь! Нет! Так нечестно! Не уходи! Не покидай меня!
Я обвила руками его могучую шею – едва дотянулась. Он, будто зная, чего я хочу, опустил свою лохматую голову на мое плечо, позволяя зарыться лицом в рыжие мягкие волосы.
– Все хорошо, детеныш… – прошептал он. – Я был счастлив те дни, что провел рядом с тобой. Свободен.
