Наконец, целую вечность спустя, я толкнул калитку и вышел из дома целителя.
Ожидал чего угодно: выстрела из лука в спину, рыка здоровяка за спиной или атаки Ларна из темноты… Но ничего такого не произошло. Я выбрался."
"Ноги сами понесли меня прочь. Лишь оказавшись достаточно далеко от дома Рика, я позволил себе остановиться и перевести дух.
Глава 2
Закончив медитацию на холме, я решил спуститься вниз, но не по ступеням, а по траве.
Мягкий ковер из травы приятно щекотал мои ступни. В груди ещё пульсировала тишина и спокойствие.
Я вдыхал аромат сырой земли и деревьев, любовался невероятно голубым небом. И понимал, что получив новую жизнь и яркие чувства молодости, боюсь потерять всё это. Я хочу прожить эту жизнь лучше, и буду стараться, хотя без ошибок не выходит и не выйдет. Жизненный опыт через призму молодого тела в новом, доселе незнакомом мне мире казался ничтожным. В старости уехать из деревни в город или наоборот — стресс. Пожилой человек может теряться в незнакомой обстановке и с трудом осваивает новое.
Иногда — мышление закосневает. А тут меня забросили даже не из города в деревню, а в другой мир, в другую эпоху. И то, что мне вручили память местного жителя, сильно ситуацию не исправило…
Я вздохнул и перевел взгляд вниз.
С этого холма открывался изумительный вид на главную улицу города — широкую, пыльную и постоянно оживлённую. Именно на нее я и выхожу, надев сандалии. Пробираться переулками больше не нужно, проблема с Асурой улажена.
По дороге чаще других попадались серые люди — самый бедный слой нашего народа.
Они словно растворялись в городской суете: блеклые, как тени в пасмурный день. Их лица были измождёнными, но с живым взглядом. Это крестьяне, люди, которые трудятся, чтобы выжить. На самом деле на них держится город: они кормят всех жителей и, наверное, даже не задумываются об этом.
Шагаю мимо вставшей посреди улицы повозки. Возница — мужчина с красным лицом и растрёпанными волосами — махал кнутом и выкрикивал ругательства, но это не помогало ему сдвинуть понурую лошадь.
Впереди показался храм. Красная черепичная крыша имела изогнутые вверх края. Деревянные стены покрывала роспись в чёрных и красных цветах. Китт помнил, что стены внутри храма расписаны сценами, изображающими жизнь духов и местных божеств — Ками.
Вход «охраняли» два терракотовых стража с карикатурными лицами, будто вылепленными ребенком.
Храм по большей части был старым, покосившимся, с трудом сохранял своё былое достоинство.
У крыльца сидел человек без ног.
