Практики живут в городах на границе с дикими землями и защищают нас от этих тварей.
Звучало не слишком радужно.
— Я вот, кстати, думал над тем, что ты ребенка из пожара вытащил. Считай, поступил, как герой. Может, в том твое признание? Стать отличным воином, добраться до хребта, и…
— Думаешь, смогу остановить монстров? — попытался я угадать. И судя по улыбке Роя, не угадал.
— Помочь тамошним воинам, — скалится травник. — Я даже представить не могу, какими способностями должен обладать человек, чтобы остановить монстров.
Это как с морем бороться. Тут твоих особых способностей не хватит.
— Кстати, школа на горе форт планирует построить, — припомнил я.
— Ага. А еще они хотели держать это в секрете, но об этом сейчас не знает только ленивый. Как бы не вышло чего плохого.
— А что может быть? Зверей с горы они не сгонят — твари не любят спускаться.
— Причем тут звери, Китт? Они не от них свои планы прятали. Секты, школы — это такое ведро с крабами, где как только один пытается залезть повыше, его двое сразу вниз тянут, не дают выбраться и набраться сил.
— Да… Меня, если честно, печалит, что люди сражаются друг с другом, пока есть духовные звери и мононокэ.
Рой отводит взгляд, задумчиво смотрит в сторону:
— Слышал, что приключилось с отцом Асуры?
— Ага, — киваю.
Смотрю на травника, но тот не выглядит особо расстроенным, как и довольным.
— Знаешь, Асура парень хороший. Но жизнь у него наперекосяк пошла, — травник замолчал, подбирая слова. — В общем, отец Асуры был хорошим человеком, когда не пил.
А вот выпивка его и сгубила. Одно хорошо, что одного человека, а не всю семью разом. Я это к чему… Не хочу, чтобы Асура пошел той же дорогой. Парень молодой, толковый, но ему сейчас опора нужна: кто-то, кто покажет, что можно жить иначе. Вот я и думаю: пусть со мной по опушке походит. Травы собирать научу, охоте немного — вдруг пригодится. А там, глядишь, и сам на ноги встанет.
— Сам пойдешь? — удивился я. — А как же лавка?
— Я что, по-твоему, прикован к ней? Лавка простоит. Знаешь, после того, как… в общем, с момента, как моя семья развалилась, я только и делаю, что работаю.
Без отдыха, каждый день прихожу сюда, скупаю травы, обрабатываю и продаю их. У меня уже денег… — тут травник замолчал и махнул рукой. — Суть в том, что я уже давно могу делать, что хочу. И вот сейчас я хочу отдохнуть и пройтись с Асурой по опушке.
Я действительно не представлял травника вне лавки. Да что там — я его вне этих стен видел всего дважды, и оба раза на заднем дворе.
