А ты, голуба, проснешься знаменитой, ну поверь мне, звук медных труб завораживает.
– Прямо-таки знаменитой, – буркнула я.
– Костя Эрнст с ОРТ сказал гениальную фразу, – хихикнул Веня, – если в пиковое время каждый день показывать по телику в течение десяти минут одну и ту же обезьяну, то через неделю народ на улицах начнет узнавать мартышку и будет просить у нее автограф. Усекла? А теперь хватит трепаться, раньше начали, раньше закончим. Вперед, улыбку на морду!
Я вздохнула и оскалилась в объектив.
Глава 15
Утром, положив ровно тысячу рублей в сумочку, я стучала в окошко барака:
– Эй, Павлик, выгляни!
Но ответа не последовало.
– Павлуша, высунься…
Створки распахнулись, и высунулась баба с помятым лицом и торчащими дыбом сальными прядями.
– Тебе чего надоть?
– Павлика.
– А нетуть его.
– Где он?
– Хрен его знает, – закашлялась чадолюбивая мамаша, – может, на станцию побег, он иногда к ларькам ящики подтаскивает, а может, в Москву поехал на вокзал.
– Зачем?
– Чего пристала! – рявкнула бабища.
– Когда он вернется?
– Шут его разберет, днем, вечером, через неделю, чтобы он вообще пропал, спиногрыз! – гаркнула мамуля и с громким треском захлопнула окно.
– Тетенька, – раздался знакомый писк, – тетенька, давайте сто рублей, скажу, где Павлуха!
– Ты уже вчера триста заработала!
– Ну ищите его сами, вовек не найдете.
Испустив тяжелый вздох, я вынула розовую бумажку.
– Давай рассказывай.
– А он ваши часики дяденьке продал, – затарахтела девчонка, как проститутка засовывая купюру за резинку трусиков.
– Какому?
– С утра приходил, мордастый такой, в белом костюме. Подошел к дому, в окошко стукнул, Павлушка и высунулся. Мужчина сказал: «Слышь, парень, мы тут пикничок с приятелями устраивали, часы я потерял, не находил ли кто?» Павлушка не растерялся: «Две тысячи дадите?» – «Легко», – ответил пришедший и быстро отсчитал бумажки.
– Так, – пробормотала я, – а ты откуда знаешь?
– У нас в туалете, – ткнула девочка пальцем в голубую будочку, – доска на толчке сломалась, такая дырища! Запросто в дерьме утонуть можно.
Я туда не хожу, боюсь.
– При чем тут сортир?
– А я в кустиках пописать села, тут дядька и подошел, – хихикнула девочка, – голос у него громкий, как загудел! Все и услыхала. Только не успела я у Пашки на конфеты попросить. Он в окно вылез, и они с тем мужиком вместе ушли.
– Куда?
– Павлуха в магазин побежал, за станцией стоит, плеер покупать и кассеты, давно мечтал.
