Увидев любовника в полном здравии, валяющимся на кровати, Людмила воскликнула:
– Витюша, слава богу! Все в порядке."
"– А что должно было случиться? – удивился Виктор, опуская книгу.
Людмила Григорьевна глянула мельком на обложку – «Смерть под парусом» – и недовольно протянула:
– Я думала, ты над диссертацией трудишься!
Осенью в Подмосковье темнеет рано, в комнате Славина горела крохотная, двадцатипятиваттная лампочка. Но он выключил электричество, увидев любовницу.
– Я считаю себя твоей женой, – кипятилась Люда, – и согласилась на твое проживание в Гнилове только для того, чтобы шла работа над диссертацией, а ты тут детективы почитываешь!
Виктор спокойно отложил книжонку.
– Между прочим, я имею право и на отдых.
– Ты особо не перетрудился, – вышла из себя директриса, – я тебе нагрузки почти не поставила…
– Я не просил, – размеренно пробормотал Славин.
– Как это? – обозлилась Люда. – А кто говорил, что тяжело тащить два десятых, один восьмой и классное руководство в шестом, скажешь, не ты?
– Ну это я так, сболтнул.
Людмила Григорьевна совсем рассердилась:
– Сболтнул! Может, и о диссертации болтал? Между прочим, сидишь на моей шее, ешь, пьешь…
Она не хотела упрекать любовника, слова сами слетели с ее губ. Но Виктор сел и велел:
– Убирайся!
– Витюша, – перепугалась Людмила, – не сердись!
– Ты мне надоела, – сообщил железным голосом математик, – хуже горькой редьки. На работу я не хожу, потому что нашел другое место.
– Где? – оторопела Люда.
– Неважно, в училище не вернусь, прощай.
– Но, – начала заикаться Люда, – но… трудовая книжка…
– Наплевать мне на нее, – спокойно ответил Виктор, – впрочем, и на тебя тоже!
Людмила Григорьевна невольно шагнула к Виктору. Тот отшатнулся и довольно зло бросил:
– Ну что, непонятно объяснил? Отвали!
Директриса растерянно хлопала глазами, потом выпалила:
– Ты к Зое решил вернуться?
– К кому? – пробурчал Славин.
– К бывшей жене своей, – язвительно ответила Люда. – Зое Родионовне Коростелевой, проживающей по адресу Новореченская улица, или позабыл?
Виктор хмыкнул:
– Я отработанных баб забываю, сделай милость, испарись, кончилась любовь!
– Вот ты как, – сдерживая слезы, прошептала Люда, – неблагодарная дрянь.
– Иди, иди, бочка с салом, – спокойно ответил Виктор и как ни в чем не бывало взял яркую книжонку.
Предательская влага потекла по щекам. Понимая, что сейчас разрыдается, Люда выскочила в сени и понеслась, всхлипывая, по тропинке. В себя пришла только в метро.
