Подставив под телегу толстое полено, он жердью приподнял её заднюю часть и, ногой подвинув ещё одну деревяшку, принялся снимать колёса. Отмерив полосу железа прямо по месту, он отрубил нужный кусок и, быстро склепав обод, принялся нагревать его. Потом, перекинув клещами обод на колесо, он быстро набил его на место и, закрепив гвоздями, повторил процесс.
Через два часа, сняв уже передние колёса, Матвей сделал короткий перерыв, воды попить и слегка остыть от жара. Заглянувшая с кузню Настасья, с интересом оглядев его работу, удивлённо проворчала:
– И вправду мастером стал.
У батьки и то дольше выходит. Это что же, ты ту доску на свою работу сменял?
– Угу.
– И зачем она тебе?
– Дроги новые сделать хочу. Наши старые совсем. Того и гляди развалятся. Да и колёса там на одну дорогу.
– Это что же, ты теперь у нас и за кузнеца, и за плотника будешь, – поддела его Настасья, лукаво прищурившись.
– Надо будет, и тебя на кухне заменю, – не подумав, брякнул Матвей, снова прикладываясь к ковшу с водой.
– Что, и обед сам сготовишь? – не поверила женщина.
– Случись нужда, сготовлю, – кивнул Матвей, мысленно обозвав себя ишаком.
Удивлённо хмыкнув, Настасья окинула сына задумчивым взглядом и, выходя, уточнила:
– Опять до самой ночи возиться будешь?
– Приду, как закончу, – туманно отозвался Матвей, быстро сбивая с колеса старый обод."
