– Нет, – отрезала я. Еще не хватало проблем со Святой Инквизицией!
– Пацан не мог просто так исчезнуть. Может, его похитили и держат в плену? – сделал еще одну попытку убедить меня бармен. Вероятно, связной дополнительно ему приплатил… – Хотя требований о выкупе не поступало. С площади Святой Луизы мальчишку отвезли прямиком в частную клинику, а оттуда…
– Мальчик был вчера на площади Святой Луизы? – нахмурилась я, и Адриан кивнул.
– Верно. Я так и сказал. Он выступал на катке на празднике. Я же говорю – примерный мальчик, скрипка и коньки вот… Дурость всякая.
Ну так о чем я? Конек у него и треснул, представляете? Редкое дело. Лезвие треснуло, и пацан тоже треснулся – об лед, значит. Его на носилки и в больничку. А утром – нету пацана. Все обыскали. Куда делся – неясно.
Я нахмурилась, размышляя. Заказ мне не нравился, хотя ничего особенного в нем не было. Еще один потеряшка – один из многих. Даже то, что мать не обратилась в полицию, ни о чем не говорит. И все же я привыкла верить своему чутью.
Хотела снова сказать «нет», но… Но останавливал факт, что мальчик пострадал именно на площади Святой Луизы.
Надо проверить.
Я допила противный напиток и отодвинула бокал.
– Так вы передадите Ловчему заказ? – не меняя тона, спросил Адриан.
– Родители мальчика знают условия?
Адриан кивнул. И добавил:
– Надежные люди. И состоятельные. Щедро заплатят.
– Хорошо. Я передам, – сказала я. – Пусть ждут через час.
И не прощаясь, ушла.
***
Недалеко от «Глотки» высились торговые ряды – шумные, многолюдные, тесные, со множеством входов и выходов.
Туда я и направилась. Нырнула во вход на центральной аллее, прошлась вдоль груд овощей и фруктов и свернула в один из многочисленных коридоров. Здесь, за неприметной дверцей подсобного помещения, среди швабр, ящиков и ведер, стояла сумка с вещами. Морщась от прохладного воздуха, я быстро переоделась. Штаны, ботинки на рифлёной подошве, черный свитер с высоким горлом и неприметная коричневая куртка.
В такой одежде ходит большая часть горожан, и в ней никто не сможет опознать яркую, как тропическая птица, Кассандру Вэйлинг. Но лишь нарядом я не ограничилась. Глянула в маленькое зеркальце на стене, ведь даже самый сильный миротворец не способен надеть Маску без отражающей поверхности. Подчиняясь силе Духа, мои черты поплыли, а потом глаза и волосы потемнели, подбородок стал тверже и шире, лоб уже, а брови гуще.