Может, кому-то не понравилось твоё лечение, или ты случайно нахамил. Всякое бывает, сам знаешь. В каждую голову не залезешь. Не только же благодарят, но и жалобы пишут. А кто-то, видишь, даже может таким путём пойти, и через семью отомстить. Дикость, конечно, никогда я такого не встречал за свою практику, но… жизнь – штука крайне интересная, и неожиданная.
Слова отца про месть теперь впились в меня, как клещ. После сказанного им я не могу вырвать их из головы.
Они жгут, сверлят, не дают ни на секунду перевести дух. Я лихорадочно перебираю в памяти всех, кто мог бы желать мне зла.
Не понимаю, кому я так насолил.
Чем больше я думаю, тем сильнее путаются мысли. В голове – каша, обрывки догадок, ни одной чёткой версии.
Только тревожные, смутные подозрения, за которые невозможно ухватиться.
Это примерно как будто пытаешься поймать дым руками, но ничего не выходит.
Родители, видя моё состояние, тихо скрываются в спальне. А я сижу посреди комнаты, сжав голову в руках, будто пытаясь выдавить из неё ответ."
"В висках стучит, в груди словно тяжёлый камень лежит после моего ухода из нашего с Полиной дома.
Перед глазами стоят лица мои девчонки. Как они там? Что сейчас делают?
Скорее всего, Сашка опять висит на Полине. А Полинка плачет.
Понимаю в очередной раз, что я идиот. Поддался эмоциям, наговорил лишнего и уехал.
Телефон лежит передо мной. Беру его в руки, сжимаю, не решаясь ей набрать.
Экран тёмный, будто подчёркивает моё одиночество. На душе такая же чернота.
Так хочется позвонить, услышать её голос.
Хотя бы убедиться, что с ними всё в порядке. Но я знаю – Полина не возьмёт трубку. Не сейчас.
И всё равно пальцы сами набирают уже выученный номер. Длинные гудки. Не отвечает. Всё ожидаемо.
– Мам, – обращаюсь, когда она снова появляется на кухне, – прости за мою странную просьбу, но ты не могла бы переночевать с Полей и Сашей. Я переживаю, как там они после того разговора. На душе полный атас.
– Конечно, если она захочет. Сейчас позвоню.
Через пару минут мама возвращается с телефоном в руке и сообщает мне, что моя тёща уже у неё.
Представляю, какие там ведутся разговоры теперь. И дело не в том, что Поля поливает меня грязью, доказывая своей маме мою неверность, а то дело в том, что она сама в это верит. Причём свято!
Снова набираю ей. Ноль реакции. Она не перезванивает и позднее.
«Прости меня. Дурацкий разговор у нас вышел» – отправляю СМС. В ответ прочитано, но тишина.
«Я люблю тебя и дочь больше всего на свете». Прочитано, но снова тишина.
