А иначе как объяснить, что еле сдерживаюсь, чтобы не умолять меня взять прямо здесь. Страх потерять его всегда активировали самые низменные инстинкты. Словно секс мог унять страхи. Так, впрочем, и было. И Артур в этом только поощрял меня. Даже сейчас он не пытается сдержать меня. Наоборот целует все настойчивее, толкается через одежду налитым кровью членом, и я буквально горю желанием взять его в руку. Попробовать на вкус. Еложу по его бедрам, чувствуя, как мокнет белье, как ноют соски на груди. Артур уже мнет ее пальцами, находит вершину и крутит, словно регулируя мою жажду принадлежать ему прямо сейчас.
Посреди дороги, днем, в машине. Снова и снова ощущать его грубые толчки, его пульсирующую плоть внутри себя, жизнь, которой он в меня кончит по итогу.
Как же глупо было думать, что я смогу без этого существовать. Я даже не знаю, что теперь сможет заставить меня отказать ему, держаться от него подальше. Что может меня заставить? Ничего. Никогда.
— Поехали сейчас домой. Да куда угодно, только чтобы ощутить тебя в себе.
Артур.
— Ты бы знала, как мне самому хочется тебя выебать, — имитирует он все более грубый секс. И ткань, сдерживающую его толчки я просто ненавижу. Хочется порвать слой за слоем. Сесть прямо на его член. Господи…
— Тогда поехали.
— Вечером ты получишь все что хочешь, но сейчас нужно ехать в клинику.
Ощущали когда-нибудь, как вас обливали лужей. Одним потоком воды, которая тут же стекала с тебя, оставляя мокрой. Грязной. До слез обиженной.
— В клинику? Сейчас? — отстраняюсь я.
Артур тянет меня к себе, но я пересаживаюсь на свое место. – Но я не хочу сейчас. Они все говорят обо мне. И Виталий там. Его я видеть, хочу меньше всего.
— Я знаю. Мне тоже хочется порой накрыться одеялом и засесть за просмотр сериалов, где с проблемами справляется кто – то другой. Но увы реальность такова, что нам приходится нести ответственность.
— Но я то тут причем?!
— Ты управляющая клиники. Ты капитан и сейчас должна сказать всем, что ваш корабль на плаву.
— Но Виталий.
— Он рулевое колесо. Но капитан там ты. И вечером я заберу тебя, накормлю, хорошенько оттрахаю, чтобы ты забыла этот безумный день. Но сейчас нужно, — он переплетает наши пальцы и я знаю, что он прав. Он все говорит правильно. Но легче не становится. Чувствую себя марионеткой, которую толкают на сцену со срезанными нитками. – Нужно поехать в клинику и держать лицо.
— Держать лицо. Ладно, — нужно быть взрослой. – Тогда поехали.
— Диана, не будь маленькой.
