Где-то посередине между этими пунктами была женская истерика по любому поводу.
Постоянный охренительный секс с препятствиями.
Благодаря этому, я прекрасно понимаю, КАК именно Настя может довести. Та-ак, что жилы выкручивает, и пар из ушей валит. Но это не снимает ответственности с урода.
Сидя в машине, предварительно набираю Глеба:
— Привет, ты уже на месте? — на второй гудок отвечает сводный брат.
— На месте.
— Я подъехать не смогу, форс-мажор в торговом центре. Но ему уже звонили сверху. Поговорили. Справишься сам?
Усмехаюсь, постукивая костяшками пальцев по рулю.
Глеб опять решил поиграть в старшего брата.
— Разберёмся.
— Не переборщи, Андрей. В конце концов, ничего такого страшного с Настей не произошло. Уроком будет.
— Ага… Уроком, блядь.
Отбиваю звонок. Херовая из Анастасии Витальевны ученица.
Через полчаса выхожу из здания полиции с огромным чувством незавершённости, в связи с чем и решаю перед встречей с Настей выпустить пар в зале у Руслана.
Главный следователь Корнилов вину свою не отрицал и согласился принести извинения потерпевшей Авериной по телефону.
Хотелось, конечно, съездить ему по морде, но я не дурак.
Статья за нападение на должностное лицо при исполнении мне сейчас ни к чему.
В жизни всегда так. Чтобы что-то получить, ты должен чем-то пожертвовать. В данном случае моя жертва — прибитое к полу желание бить и крушить всех, кто до неё дотронулся. Я нашёл другие методы воздействия, более цивилизованные.
Сегодняшнее утро началось ожидаемо — с получасового холодного душа.
Когда я открыл глаза, Настя тихо сопела у меня на груди. Сексуальная, тёплая, ранимая. Её тонкая, изящная фигура так облепила моё тело, что первые полчаса я изображал из себя статую.
Как идиот пялился на бьющуюся венку у неё на шее, и дышал запахом своего шампуня на её волосах.
Радость давно забытого момента смешивалась с горечью, проносившейся в голове картинки такой же сцены, но с Измайловым. Вот они также утром лежат вместе в обнимку, он ведёт ладонью по спине, сжимает ягодицы, залазит к ней в трусики.
Она просыпается и отвечает ему поцелуем, они занимаются сексом…
А где при этом был я? Дикая ревность и злость на себя захлёстывают с головой. Прокручивать эти сцены в сознании — это как отрубить себе палец на живую. Так же паршиво.
Стараясь не будить её, всё же осторожно выбрался из плена. Кое-как донёс стояк до душа, а после — быстро оделся и вылетел из квартиры.
Нам нужен разговор, но сначала нужно было разобраться со вчерашней ситуацией.
