Обедать я тоже хочу, но секса — гораздо больше.
Андрей с иронией отвечает:
— Это жестоко, любимая!
— Что? — улыбаюсь, развязывая узел полотенца на груди.
— То, что я узнаю об этом только сейчас, — тянет он, качая головой. — Столько времени потеряли.
— Ну так… Накажешь меня? — дразню, стянув полотенце.
Он жадно рассматривает увеличившуюся грудь, потемневшие соски, пока ещё плоский живот, проходится взглядом ниже…
— Не сомневайся, — звучит низкий голос. А его хозяин стягивает футболку и кидает её на рядом стоящий стул.
— Сначала догони, — резко швыряю в него полотенце и удираю по коридору.
— Не убейся, — кричит он вслед.
В спальне, конечно, догоняет. Я визжу от удовольствия и предвкушения.
— Совсем дикая.
Подхватывает меня под ягодицы и помогает обвить свои бедра ногами.
— Пиздец, как соскучился, — шепчет, жадно целуя. Всасывает мои губы в свой рот, покусывая. Поцелуй постоянно перетекает из щемяще-нежного в подчёркнуто-грубый и обратно.
— Я тоже, — выдыхаю.
Аккуратно положив меня на кровать, быстро избавляется от оставшейся одежды и нависает всем телом, уперевшись локтями.
Жадно разглядываю всего. Обхватываю напряженный член и несколько раз провожу снизу вверх и обратно. Тяжело дыша, вдвоём наблюдаем за этой манипуляцией.
— Никак не привыкну, что ты моя, — признаётся он, вновь целуя.
— Только твоя.
Проходится языком по линии шеи и хищно захватывает ртом сосок, затем другой. Поглаживает все тело, разогревая. Легонько царапаю его плечи, выгибаясь от удовольствия.
Андрей спускается ещё ниже и бережно целует низ живота, прислоняется к нему левой щекой:
— Как там наш малыш?
— Скучал по папочке, — шепчу, откидывая голову на подушку.
— Больше никуда не отпущу. Со мной будешь спать каждую ночь!
— Буду, — широко улыбаюсь в потолок.
— Меня теперь будешь слушаться. Поняла? — говорит, пуская искры горящими глазами.
«Да сейчас же, ага», — думаю про себя. Мы будем на равных.
Всегда.
Поглаживаю пальцами жёсткие волоски на его затылке и с издёвкой провоцирую:
— Ты, может, делом уже займёшься?
Он по-злодейски улыбается и спускается ещё ниже, широко разводит мои ноги и без прелюдии впивается губами в мягкие складки.
— Твою мать, — стону, сжимая руки в кулаки до хруста. Тело скручивают миллионы импульсов и волн. Я просто плыву по течению, чувствуя мягкие толчки его языка в самом сокровенном месте.
Его рука мягко придерживает меня за живот и продолжает влажное безумие хаотичными движениями вокруг одной точки.
