– Что? Равноправие?
– Да, – снова улыбнувшись, сказал он грудным голосом: – Ты целуешь меня, я тебя.
Он быстро поцеловал меня в губы, я же отвернулась. Поняла, что он подтрунивает надо мной.
– Это не смешно! Я говорю серьезно. Ну что ты в самом деле, Чарослав? Ты так ничего и не понял.
– Все я понял, Вея. Ты хочешь использовать меня. Вертеть мной, держать под каблуком. Чтобы ты царица, а я у тебя на побегушках. При всех приказала ехать за тобой на эту треклятую площадь. Еще и грозила. Унизила меня перед Медведями.
Так не будет, Вея. Если равноправия хочешь, тогда и ты ничего не решаешь без меня, как и я без тебя.
– Согласна. Я погорячилась сегодня. Но так боялась, что Некраса казнят.
– Вот и славно. И теперь надо скрепить наше равноправие как следует.
Его поцелуя я не смогла избежать, так как уже была в объятиях Чарослава. На удивление, мне даже понравилось. Он действовал крепко, по-свойски и нежно одновременно. Оттого я тоже поцеловала его в ответ и обняла.
– Я жду, Вея. Как надумаешь принять меня, только скажи, – хрипло заявил он.
Видимо, наш поцелуй натолкнул его на мысли о близости. Но я была к этому не готова.
– Мне нужно еще время, Чарослав.
– Ладно, я понял. Пойдем на пир, а то посадник обидится.
Глава 38
Пир у посадника был шумным, с обильными яствами, винами и сладостями. Я поразилась этому. Откуда столько разносолов? Ведь видела, что в округе люди жили бедно, наверняка впроголодь. То же говорили и местные рыбаки, у которых мы останавливались в первую ночь в Налагии.
Наверняка, как в Елизарии, здесь жировали те, кто стоял у власти, а с остальных жителей сдирали податей в три шкуры. Слышала от местных я эти слова, когда мы ехали в дом посадника.
Но знала, что это ненадолго. В моей империи такого точно не будет. Каждый житель будет иметь и достаток, и достаточный отдых. По крайне мере, я к этому буду стремиться. И я уже примерно знала, какие законы надо принять первыми.
Посадник, сидевший рядом, все пытался напоить меня заморским вином и делал глупые комплименты.
Я же не пила, а изучала окружающих меня местных людей, приближенных посадника, занимавших руководящие посты в этой части земель. Лица их мне не нравились, какие-то злые и заплывшие. Здесь были в основном мангры и немного хоров. И, что странно, ни одного галана, только те, что приехали со мной.
– Приходится брать на службу в сотники и главы самых безжалостных и лютых, – объяснял мне посадник. – Иначе местных людишек не подчинить.
