Как иначе объяснить его поведение по отношению ко мне?
Я отошла от решетки и уселась на каменное ложе, подтянула ноги, поджав колени к груди. Снова удрученно вздохнула и увидела, что из моего рта идет пар. И только тут сообразила, что в камере очень холодно, раз мое дыхание превращается в пар. Удивительно, что я не чувствовала холода. Хотя была боса и в одной тонкой рубашке. Но в этой темнице, явно было около нуля градусов. Однако я даже не дрожала. Это поразило меня.
– Так, главное, не отчаиваться. Ведь не навсегда я здесь, – шептала я и снова выдыхала горячий воздух, видя пар.
Но не понимала, отчего даже не зябну. Может, я была закаленной? Точнее, тело девушки, в которое я попала, было закаленным. А что, «моржи» всякие и в нашем времени водились.
Услышав журчание, я чуть повернула голову. В углу грязной камеры по стене стекала вода, просачиваясь между камнями в пол. Я проворно соскочила со своего каменного ложа и приблизилась к этому источнику. С удовольствием ополоснула руки и лицо, напилась. Вода оказалась ледяной, но я снова не почувствовала, что мне холодно.
– Госпожа Златовея! – раздался вдруг громкий шепот позади. – Я принесла вам еду!
Я обернулась. У решетки с той стороны стояла одна из двух служанок, которых я уже видела, когда находилась в спальне. Темноволосая и с испуганным кротким взглядом.
Быстро приблизившись к ней, я спросила без предисловий:
– Скажи, ты знаешь, сколько мне находиться здесь?
– Не знаю, госпожа, – ответила девушка, замотав головой. – И говорите тише, прошу вас.
Никто не ведает, что я пришла сюда. А то меня накажут.
– Понимаю, – кивнула я. – Прости, забыла, как тебя зовут?
– Инга, госпожа, но вы же никогда не называли меня по имени.
– Инга, скажи, а муж, он что-то говорил обо мне? Сказал, что сделают со мной?
Я отчетливо запомнила слова этого неандертальца о том, что он решит мою судьбу.
– Господин Военег очень зол на вас, бранится уже полдня. Но вы должны потерпеть, пока его гнев не остынет. Я принесла вам поесть. – Она быстро наклонилась к большой корзине и начала доставать что-то, завернутое в ткань.
– Здесь пирог с рыбой, сыр и яблоки. Еще вот ваша накидка и теплые туфли.
– Спасибо, ты очень добра, – закивала я, принимая из ее рук продукты и вещи.
– Вы только спрячьте все под сено, чтобы никто не увидел. А то мне попадет. Он приказал, чтобы я все принесла вам тайком.
– Мой муж?
– Нет конечно. Спаси меня Джива. Ваш муж в жизнь бы ничего не передал вам. Это все господин Чарослав. Он приказал мне.
