Углеб выхватил нож и бегом бросился к вожаку-медведю.
Опустившись за задние лапы, зверь грозно оскалил зубы на рыжего разбойника."
"Подлетев к животному, Углеб что было силы всадил нож в лапу белого зверя. Но тот отшвырнул Углеба в сторону, разбойник выронил нож. Рассерженный медведь так яростно зарычал, что снег поднялся вихрем с земли, а соседние сосны нагнулись.
Рыжий упал на проталину и, мотнув головой, тут же вскочил на ноги. Но белый вожак был уже рядом. Он схватил мохнатой лапой Углеба, сжав его толстыми пальцами.
И я поразилась, ведь медвежья лапа не была приспособлена для этого. Но у этого громадного белого исполина это получилось.
Медведь поднял лапу с Углебом вверх и вновь издал глухой вой-рычание. Словно показывал, что главарь разбойников в его власти. Все лихие людишки недоуменно смотрели по сторонам, явно понимая, что схватка с медведями обречена на провал. Зверей было больше, они сильнее и крупнее, у них острые клыки и длинные когти.
Глава 43
Я испуганно огляделась.
Нас с разбойниками окружала целая армия белых медведей, особей пятьсот или больше. Они выстроились белой мохнатой стеной и недовольно скалили острые зубы.
– Прекрати, Берн! – прокричал истошно Углеб зверю-исполину, нещадно сжимавшему его в мохнатой лапе. Он явно не понимал, отчего взбунтовались медведи. – Ты забыл, мохнатый, кто твой хозяин? Кому ты служишь?!
Но на выкрик разбойника вожак медведей даже не обратил внимания. Он резко дернул лапой и отшвырнул Углеба в сторону, тот угодил в небольшой сугроб.
Еще раз грозно рыкнув в сторону главаря разбойников, вожак медведей стряхнул с окровавленной лапы снег. Затем зверь медленно развернулся и двинулся в мою сторону. Он неумолимо приближался, не спуская с меня пронзительного взгляда больших темных глаз. Остановился в трех шагах.
Я выпрямилась и так же открыто смотрела на медведя. Отчего-то я совсем не боялась этого дикого исполина, а наоборот, чувствовала, что все мое существо охватила неведомая до того эйфория и радость, что я вижу его.
Мне казалось, что я знаю Берна уже много лет и мы просто надолго расставались.
Он чуть склонил белую мохнатую голову. Я поняла, что он приветствует меня. Быстро подняв голову, медведь вновь вперил в меня горящий темный взор.
– Здравствуй, моя гала, – тут же вошел в мое сознание его низкий знакомый голос. Медведь говорил телепатически, не открывая пасти. – Как долго я ждал тебя.
