– Я Златовея Морозова, новая наместница Налагии, – ответила я спокойно и с достоинством. – А ты кто? Как ты посмел напасть на моих людей и покалечить их?!
От моих слов разбойник даже завис и как-то подозрительно прищурился."
"– Храбрая, – ехидно процедил он и оскалился. – Только на этих землях я хозяин и господин, и других тут не будет.
– У меня есть грамота от царя на владение этими землями моим мужем Военегом.
– Плевал я на грамоты и царей, – прогрохотал Углеб, недовольно сплюнув под ноги. – Я здесь государь. И против моей армии ни один царь не попрет!
– Армия разбойников, ободранных и голодных? – парировала я, проводя взглядом по окружающим лихим людишкам и не желая сдаваться.
Терять мне было нечего, и потому я решила рискнуть. – Обещаю, если подчинишься мне сам и твои люди оружие сложат, забуду про твое наглое нападение, и наказания тебе и твоим разбойникам не будет.
Он моргнул два раза, явно не ожидая от меня подобной речи. Похоже, все, кто попадали сюда, даже не оказывали сопротивления этому нелюдю.
Или же их быстро ломали.
В следующий миг главарь рассмеялся, глухо и громко. Но через миг замолчал, став серьезным.
– Повеселила, девка, – с насмешкой заявил он. – Я Углеб Жестокий и в жизнь никому не подчинялся и в слугах не ходил. Понятно тебе, белобрысая?! – Он тут же протянул ко мне лапищу и схватил за накидку на груди. Подтянув меня к своему лицу, с угрозой вымолвил: – А если непонятно, немедля жизни тебя лишу!
Я смотрела в его дикие ненормальные глаза и лишь тихо вымолвила:
– Скоро твоей власти конец.
Я предлагаю решить все мирным путем.
На это он снова оскалился и отпустил меня, чуть оттолкнув. Я краем глаза увидела, как Чарослав потерял сознание, привалившись к телеге.
– Девок связать, и в наш лагерь, – приказал громко Углеб. – Ту темноволосую с норовом и эту наместницу ко мне в шатер, лично ими займусь.
Он как-то с издевкой произнес слово «наместницу», словно ни на миг не допускал мысли о том, что я могу ею быть.
Я лихорадочным взором смотрела вокруг, пытаясь сообразить, может, мне удастся сбежать?
И тут мой взгляд остановился на морде белого медведя.
Того самого исполина-вожака, на котором до этого ехал Углеб. Темные большие глаза зверя блестели, и он в упор смотрел на меня. Я ощутила, что тоже не могу оторвать взгляда от его глаз. По моему телу прошло какое-то неведомое доселе тепло, которое всколыхнуло душу и сердце. В следующий миг тело охватил озноб. Но не от страха, а от яркого чувства радости, счастья и ликования.
