Я замолчал, разглядывая носки своих ботинок, как-то пытаясь совладать с волной сокрушающей ярости.
- Вы по какой-то причине пытаетесь избавиться от собственного единственного сына? - спросил я, обретя вновь способность говорить, - Если нет, и это видео на самом деле существует, уничтожьте. И никогда не смейте о нем со мной разговаривать. Тем более с Лерой.
Теперь он смотрел на меня удивленно.
- Что Вы так смотрите. Если видео есть, то на нем должно быть видно, что девушка спит. И все, что делал с ней Ваш сын - целиком его инициатива.
Если он будет отрицать... Если все было не так... Эти мысли болезненно впивались в сознание.
- То есть ее никто из вас не просветил до сих пор?"
"Одной этой фразой он одновременно и убил меня, и воскресил. Я понял, что Роман сказал правду, но Лера хотя бы спала и не пошла с ним на секс добровольно.
- И не просветит. Единственная причина, по которой Ваш сын жив - это то, что пока мои возможности скромнее, чем у Сивого. Но все может измениться.
- Я тоже вполне способен решить вопрос таким же образом - прозвучала мне в ответ холодная угроза.
- Удачи! - пожелал я ему и направился в кабинет, расслышав, как он буркнул себе под нос: - ""Сопляк самоуверенный!""
Пусть так, главное, я не сомневался, что он меня понял. И пока он не придумает безопасный способ меня устранить, у меня есть время.
Но сейчас мной руководила лишь жажда мести. Все эти цветочки, взгляды, этот разговор - значили лишь одно - Романа тоже ведет на девчонке. Я могу сделать так, что и он будет задыхаться от бессильной злобы.
Глазами нашел администратора и велел:
- Передайте Роману Владимировичу, чтобы подошел в кабинет.
Сам размашистым шагом поторопился туда. Лера сидела в моем кресле, о чем-то задумавшись. На секунду я подумал, что не стоит этого делать, но, представив, как другой ласкал ее тело, у меня отказали все тормоза.
Я сам не понял, как оказался возле девушки, пересадил ее на стол, в одно движение расстегнул молнию на платье и сдернул его на талию.
- Демид! - возмущенно зашипела она, но меня это уже не могло остановить.
- Хочу тебя! - и это было правдой, головка члена болезненно терлась о ширинку.
Я расстегнул лифчик и отбросил его в сторону. В этот раз мне не хотелось даже любоваться молочной белизной кожи и розовыми сосками. Я хотел власти над женским телом, хотел ее полного подчинения.
- Трусы мешают, - прохрипел я, сам не узнавая свой голос.
Только не сопротивляйся мне, не надо. Так будет еще хуже.
