- Что ж, мы закончили. Но я предлагаю Вам, Демид Михайлович, проехать с нами для допроса.
За него отвечает адвокат:
- Разумеется, Демид Михайлович - законопослушный гражданин. И у него нет никаких причин противодействовать правоохранительным органам. Наоборот, мы с ним очень заинтересованы в установлении истины.
Последнее слово он ухитряется произнести с такой интонацией, что недовольные лица полицейских становятся несчастными. Ибо понятно, он будет жаловаться.
За весь день я ничего не съела, только воду пила.
В присутствии посторонних кусок в горло не лез.
- Минуту позволите? - спрашивает Демид и, получив утвердительный ответ, подходит ко мне, наклоняется и тихо говорит:
- Мы сейчас уедем. Это может быть надолго. Никуда не уходи. Ничего себе не придумывай. И дверь никому не открывай.
Затем они покидают квартиру. А я остаюсь одна. С тоской оглядываюсь. Это сколько же мне тут одной порядок наводить?
Вдруг в дверь снова звонят. Я не успеваю ни о чем подумать. Иду и открываю дверь, даже не посмотрев в глазок.
Лучше бы посмотрела. Я думала, что это Демид за чем-то вернулся.
Но это не он.
- Ты как? - огорошивает меня вопросом незванный гость.
И в глазах у него, я готова поклясться, неподдельное беспокойство.
Вот только я устала и не готова разгадывать шарады.
- Зачем ты пришел?
Не знаю, чего ждал Шувалов, но явно не такого холодного приема. Он смотрит на меня озадаченно.
- В каком смысле?
Как мне все они надоели!
- Рома! Я не готова к приему гостей.
Тебе что нужно?
Озадаченное выражение его лица сменяется возмущенным.
- Я ради тебя такое провернул. А ты спрашиваешь, что мне нужно? Я думал, этот тип тебя уже утопил в ванной. Он тебе ничего не сделал?
Я, наверное, зря от психушки отказалась. Что от меня может быть нужно этому парню? Раздражение затапливает меня от пяток до макушки. Оно становится еще больше от того, что я замечаю, как он ощупывает меня взглядом, проверяя, цела ли я. И мне сейчас не важно, что он обо мне подумает.
Я не понимаю, для чего он пришел. И когда наши с ним отношения успели перерасти в те, в которых он имеет какие-то права на меня.
- Трахнул, - срывается с моих губ, прежде чем я успеваю оценить вред такой прямолинейности.
- Что? - переспрашивает он, хотя прекрасно слышал, что я сказала.
- Ты же спрашивал, что мне сделал Демид? Так вот. Он меня трахнул. Что ты еще хочешь узнать?
Шувалов не знает, как продолжать дальше разговор.
