Он рыкнул:
-Ты не слышал, что ли? Всё!
Парень в ответ толкнул Власова в плечи и заорал:
-Да чё ты лезешь? Жалко, что ли?
Я сжалась в комок на диване и плакала. Мое тело сотрясалось от дрожи.
Власов опять зарычал:
-О*уел совсем? Штаны застегни! Трясешь здесь!
Боже, и в этого человека я влюбилась?! Какая же дура!
Парень смотрел на Власова зверем, но послушался.
Роман приказал:
-Пойдем, поговорим, - и потащил татуированного к выходу.
Не дойдя до него несколько шагов, оглянулся и рявкнул:
-Не трогать! Шубу ей её дайте.
Вон на полу. Пусть прикроется.
Они вышли на улицу. Мне дали шубу, в которую я поспешила завернуться. Оставшиеся со мной мужчины не обращали на меня никакого внимания.
Я осталась сидеть на диване, закрыв лицо руками. Меня все еще трясло.
Уроды! Какие же они все уроды! За что?
И отпустят ли меня?
Я сидела на диване и боялась даже дышать. Только бы меня больше никто не трогал!
Мужчины вернулись в гараж спустя какое-то время и о чем-то тихо переговаривались.
Затем татуированный вышел из гаража и направился ко мне.
У меня в этот миг перестало биться сердце.
Однако он просто протянул мне футболку и спортивные брюки, сказав:
-Надевай, все чистое.
Я взяла вещи не сразу, так как слова я слышала, но смысл сказанного понимала позже. На меня навалилось какое-то отупение.
Я протянула руку и взяла вещи. В одежде мне виделась какая-то защита. Хотя это, конечно, глупости. Ни от чего меня эти тряпки не защитят.
Я оделась. Собственно, даже закрываться от мужчин смысла не было.
Все всё видели. Но парень, который принес мне вещи, удивил. Он не стал смотреть, как я одеваюсь, а отвернулся. Неужели в звере может быть что-то человеческое?
Мужчины стали собираться. Меня вывели и посадили в машину к Власову. За рулем был он сам. А еще с нами поехал самый здоровый из парней, которые играли мной как мячиком. Я уже была так измучена, не спала почти двое суток, не знала, что меня ждет. Но какой бы дурочкой я не была, умолять их отпустить меня я не стала. Это было бесполезно.
Этим людям, кажется, что-то нужно от папы. Вряд ли я сама представляю какую-то ценность.
Власов привез нас в строящийся дом, где оставил вдвоем в пустой квартире, а сам уехал.
Спустя какое-то время у мужчины, оставшегося со мной зазвонил телефон. Он ответил на звонок, потом дал аппарат мне. Звонок проходил по видеосвязи, и я увидела папу.
Слезы опять брызнули из глаз.
-Папочка, пожалуйста, спаси меня. Папочка, - зову я родного человека, но связь обрывается.
