— Без музыки? — удивилась она, словно вместо танца я предложил прыжок с парашюта.
Да, столько ограничений, что просьба потанцевать для неё теперь что-то необычное, немыслимая роскошь.
— Почему нет? Зачем нужна эта музыка, если есть ты и я.
Встаю с кровати. Следом за собой поднимаю её и усаживаю, чтобы она собралась с мыслями.
— Нет, ты врёшь, — резко проговорила Полин, пытаясь вернуться в исходное положение.
— О чём ты, малыш? — Не даю ей этого сделать, удерживаю за плечи, жду ответа.
— Ты меня проверяешь, ты специально, — твердила она, всё ещё пытаясь лечь, но моя хватка так и не давала ей этого сделать.
— Нет, вовсе нет. Я просто хочу потанцевать с тобой, пока у нас есть возможность.
Скоро и её не будет.
— Нет, нет, ты врёшь, просто чтобы я встала и у тебя опять был повод, — она серьёзно занервничала, убирая свисающие ноги на кровать.
Неужели я так сильно запугал её, что теперь она не в силах поверить в чистоту моих слов?"
"Встаю и беру в шкафу первое попавшее платье. Помятое.
Как и она сама. Затем надеваю сверху белоснежной майки, которая стала для неё и пижамой, и повседневной одеждой. Силой заставляю её подняться, говорю «не бойся» на ухо. Веду за собой на середину комнаты.
Она так неуверенно стоит на своих ногах, пошатываясь. Вот-вот — и упадёт. Но мои руки крепко держат её за талию, не давая ей шанса на это.
— Возьми меня за плечи, — прошу я, и она выполняет, испытывая странную дрожь в руках.
— Нет, я не чувствую твоих нежных ручек. Сними с меня рубашку.
Сама.
Сразу же её полупрозрачные пальчики начали расстёгивать каждую пуговицу, так медленно и трясясь.
Я не мог отпустить её. Она упадёт. Возможно, мышцы ног немного атрофировались за всё это время, что она не ходит.
— Снимай, — проговорил я, когда все пуговицы были расстегнуты, благодаря моей принцессе. — Теперь клади ручки мне на плечи.
Теперь я чувствую тебя всем нутром, так естественно и нежно.
Мы двигаемся не спеша, в такт тишине, которая стала для нас главной музыкой нашего танца.
Она переводила свой взгляд с меня на пол, когда наступила мне на ноги, думая, что я могу рассердиться. Но я не знаю, что мне сделать, как отблагодарить за этот волшебный танец, который она подарила мне вопреки всем моим запретам.
Не могу отпустить. Не могу насытиться ею. Бывает, что человек с голода подыхает. У меня так же. Только вместо потребности пищи — она. Самая моя страшная и необратимая зависимость. Мой аппетит в ночи и моя жажда днём.
