Чтобы я за него дернул, а на кухне дебелая повариха услышала звон и поняла, что двум уставшим мужчинам требуются кофе и орешки.
– Кофе заменить на пиво, орешки на воблу, – поправил Сергей.
– Мы на работе, мой забывчивый друг. Никакой выпивки.
Илюшин сделал еще пару кругов между столом и диваном и, видимо, смирился с тем, что кофе в ближайшее время не появится.
– Ладно. Кто у нас там следующий на очереди?
– Вороные.
– Кто? – изумился Макар.
– Никита и Анжела Вороные, – терпеливо повторил Бабкин. – Ты что, никогда не слышал «Три дороги, две тюрьмы»?
– Бог миловал.
Они оба поют? Это дуэт?
Бабкин засмеялся. Самый простой способ ощутить превосходство над более умным и образованным собеседником – это продемонстрировать осведомленность в какой-нибудь бессмысленной для него теме.
– Сразу видно, не читал ты досье. И первый канал не смотрел на досуге. Поет Никита. Анжела руководит процессом из-за кулис.
– С дирижерской палочкой?
Бабкин ненадолго задумался.
– С хлыстом и пряником, я бы сказал.
– Тогда начнем с нее, – определился Макар.
– Хочу посмотреть на женщину с хлыстом.
2Есть люди, живущие с твердым убеждением, что мир к ним неблагосклонен. Что провидение доброжелательно к другим, куда меньше заслуживающим его расположения, а откровенно говоря, порой и вовсе его недостойным. Этим людям в детстве кажется, что им подменили семью и вместо приличных людей, скажем, принцев или герцогов, подсунули папу-водителя маршрутного такси и маму-технолога общественного питания. Что в школе их принижают, оскорбляют и не оказывают должного уважения (что истинная правда, поскольку высокомерных зазнаек никто не любит).
Все, все до единого пазлы в картине окружающего мира складываются так, чтобы причинить бедному индивидууму максимум неудобств. Дождь начинается не вовремя, совещание начинается не вовремя – да что там, даже восемь утра и те начинаются не вовремя. Могли бы и попозже на пару часов, чтобы несчастный человек мог выспаться.
Подобное трагическое мироощущение не зависит от особенностей биографии.
Люди-страдальцы могут действительно претерпевать лишения и тяготы, а могут расти в холе и неге. Общим у них остается одно: чувство острой несправедливости, творящейся по отношению к ним.
Анжела Бирюкова в детстве была убеждена, что поезд, подъезжая к платформе, нарочно пыхтит и скрежещет как можно страшнее, чтобы испугать ее. То, что кроме нее, на платформе стоят еще две сотни человек, не меняло дела. Весь этот ужас устраивался лишь ради нее одной.
