Точка была белая, потому что находилась на потолке. Если бы не паук, начавший плести сеть именно в том углу, куда был устремлен ее взгляд, несчастная женщина могла бы пролежать намного дольше. Но тонкие, едва видимые линии нарушали безукоризненность белого угла. Разбивали, будто лезвиями, ту хрупкую ледяную глыбу апатии, которой придавила себя Кармелита. Они напоминали о том, что есть жизнь, и жизнь идет: кто-то ждет добычу, а кто-то попадается в чужие сети, и в этом нет ни логики, ни справедливости.
Глядя на паука с его работой, Кармелита почувствовала себя снова вписанной в бесконечное полотно.
Она встала, доковыляла до ванной. Из зеркала на нее глянула одутловатая бледно-зеленая тетка, похожая на нелюбимую жену водяного.
– Ужас какой, – вслух сказала Кармелита и поразилась тому, что горло, оказывается, забыло, как выталкивать слова. Они получались кривые и убогие.
– Сипишь, как урка, – каркнула Кармелита. – Век воли не видать!
И засмеялась.
К женщине, называвшей себя знахаркой Ведой, ее пригнала жажда мести.
«Он меня обкрадывал много лет. Я пахала как проклятая. А он набивал свои карманы. И что теперь? Он снова женат, счастлив, воспитывает ребенка и одевает жену в соболиные шубы на мои деньги. Справедливости, может, на этом свете и нет, но отплатить ему по заслугам мне никто не помешает».
Кармелита не умела держать язык за зубами. Очень скоро все вокруг знали, что она ударилась в оккультную магию и делает на этом поприще успехи.
– Веда взяла меня к себе в ученицы, – рассказывала Кармелита по большому секрету лучшей подруге, возбужденно блестя глазами.
– Ты не представляешь, какие у нее способности! Тебе известно, что можно навести на человека порчу, имея лишь один его волос?
Подруга ахала и недоверчиво качала головой. Но всего несколько дней спустя после этого разговора Кармелита, якобы случайно встретившись с бывшим мужем в ночном клубе, фурией налетела на него, влепила пощечину и вырвала клок волос. Ее вывели из заведения со скандалом, а подруга незамедлительно разболтала всем, для чего певица в действительности устроила эту дикую свару.
Со всем пылом оскорбленной и униженной души Кармелита бросилась в омут черной магии. Слухи ходили самые невообразимые. Говорили, что она валялась нагишом на древних могилах, резала над ними живых куриц и ела землю, пропитанную кровью. Говорили, что из козлиного мяса она сделала фигурку бывшего мужа, изжарила на костре и проглотила вместе с его волосами.
