Когда я двинулась дальше по просторному коридору, мимо меня прошла медсестра, быстро сбежала вниз по лестнице и стала рыться в своей сумке. Мое сердце сжалось от боли. Интересно, как это может быть просто работой для некоторых людей.
Людей, которые в ответе за наши хрупкие жизни.
Я приоткрыла дверь комнаты. Роза, похожая на смерть, сидела на кровати.
Я сделала шаг назад, проглатывая ее изможденный образ, и прислонилась к стене. Я видела ее в канун Рождества, на само Рождество, но тогда она была в роскошных платьях и хорошо сшитых пальто, которые скрывали то, насколько худой она была.
Ее щеки впали, глаза обрамлены темными синяками. Она указала на меня костлявым пальцем, держа в руке салфетку.
– Моя милая девочка. – Она улыбнулась сквозь боль.
Я осторожно вошла в ее королевство, заставляя себя лучезарно улыбаться в ответ. Я была так погружена в свое собственное горе, что даже не задумывалась над тем, с чем столкнулся Найт в мое отсутствие.
Его мать умирает. Это глупая, ужасная правда.
Роза похлопала по краю кровати, и я села туда, не отводя взгляда от нее.
Аппаратуры, подключенной к ней, на тумбочке, тревожной кнопки на стене.
«У вас есть медсестра, – захотелось закричать мне, зарыдать и броситься к ней в руки. – У вас никогда не было медсестры».
Но я скорее умру, чем усложню все для нее.
– Как вы? – спросила я вместо этого.
– Кажется, у меня менопауза. – Она посмотрела наверх. Слезы начали собираться у нее на глазах.
Я не знаю, что делать. Что сказать. Я не ожидала, что она скажет это.
Глупо и эгоистично с моей стороны, я подумала, что она хочет поговорить со мной о Найте, о наших явно напряженных отношениях.
– Я слишком молода для менопаузы.
Роза не из тех, кто жалеет себя, она никогда не жаловалась на свою болезнь, поэтому я и удивилась, что менопауза стала переломным моментом.
Я вложила свою руку в ее. Сжала.
– Это нормально. – Это ведь так? – Дин знает?
Она вздрогнула, кивая и вытирая слезы изодранной салфеткой, оставляя кусочки на влажном лице."
"– Да, но я не говорю с ним об этом.
Я ни с кем не говорю о таких вещах. Я сильная для своих мальчиков. Но иногда… – Она прикусила нижнюю губу, зубы дрожали в такт ее рыданиям. – Иногда мне нужно высказаться.
– Вы всегда можете высказаться мне, – Я собрала все силы, которые у меня только есть, лишь бы не заплакать. – Скажите, чем я могу помочь?
Я была так зла, что даже не подозревала, что могу быть такой. Я хочу, чтобы Роза поправилась, хотя очевидно, что она не может.
