А что мне… ладно, забейте, – шагаю, поправляю офисную юбку, так и норовящую задраться до пупка.
Вообще, перед покупкой обтягивающей вещи всегда нужно давать тест-драйв. Потому что даже несмотря на стройную фигуру, мне неловко из-за того, что постоянно приходится одёргивать юбку.
Подхожу к кабинету своего босса. Меня вновь одолевает сильный мандраж. Ну прям вот трясти начинает! И ноженьки подгибаются. Мамочки! Как вспомню тёмные глаза Шахова, хочется бежать прочь! Меня пугает собственная реакция на этого мужика.
Стучусь.
– Заходи! – слышу низкий бас, от которого низ живота скручивает.
– Доброе утро, Григорий Генрихович, – отдираю взгляд от пола и стискиваю зубы.
Вчерашняя блондинка стоит рядом с Шаховым. В обтягивающем красном костюме. Вся такая расфуфыренная. Макияж, маникюр – всё по высшему разряду.
– Проходи, – говорит мне Григорий Генрихович, и я покорно плюхаюсь на вчерашний стул.
Сердце колотится, как бешеное. А блондинка с улыбкой смотрит на меня. Это его любовница, или кто? Чего вылупилась?
– Агнесса, ты точно уверена, что разрешение на поставку не подписал именно Власов? – Шахов снова курит, а я тихонечко любуюсь, как сексуально он это делает.
– Да. Они завернули наши документы. Он хочет лично с тобой встретиться, Гриш.
Гриша? Ничего себе у них субординация! Скрежещу зубами, цепляюсь за сумочку, как последний оплот спокойствия. Да что со мной? Почему меня так раздражает эта женщина?
– Ладно, – жестко заявляет мой босс, – если хочет встречи, он её получит.
Приготовь всё необходимое.
– Да, аль… босс, – она подхватывает со стола папку и выходит, виляя круглыми бёдрами.
Аль… что? Ничего не поняла.
– Рад, что сегодня ты вышла раньше, – Шахов на меня даже не смотрит, вытряхивает пепельницу, швыряет какие-то бумаги в сейф.
А мне жарко! Я не понимаю, почему! Щеки пылают, их словно изнутри подожгли.
– Алина? – слышу над ухом его голос и словно в бездну падаю.
– Да? – натягиваю улыбку на лицо.
– Ты покраснела, – он присаживается на стол совсем близко ко мне, – я смущаю тебя?
Тянется и кончиками пальцев касается моего лица.
Тудум! Тудум!
Таращусь на этого странного мужика во все глаза. А ему хоть бы хны! Да у него руки огненные! И такие большие… от удовольствия урчать хочется.
– Тебе очень идёт этот костюм, – почти рычит, а я полностью теряюсь в его голосе.
Это какой-то лабиринт! Сексуальный, порабощающий, заставляющий душу трепетать. Машинально свожу ноги.
