— Научилась, — тихо спорит мама, но уже не выглядит столь уверенной.
— Да мы только недавно от тебя переехали! — фыркаю я. — Так, ладно, — перематываю запись, находя нужный кадр. — Вот!
На экране Аля крупным планом. Улыбается довольно, а на щечках проступают ямочки. Которых никогда не было у Риты.
— Как же так… — бледнеет мама. — Правда, не похожа. А улыбка… твоя. Точь-в-точь. С ямочками.
Откидывается на спинку стула и за сердце хватается. Подскакиваю с места, наливаю стакан холодной воды, подаю ей.
— Где ты нашла ее? А сейчас она где? Можно ее увидеть? — выпрямляется резко и морщится.
— Нельзя пока, — придерживаю ее, чтобы не встала. — Я случайно узнала о ней. Аля живет у чужих людей! В семье моего босса. Его считает папой, — зло цежу сквозь зубы.
— Но как же… — массирует область груди.
— Спокойно, ма. Я сама не знаю, что произошло, — признаюсь я. — Была сегодня у Антона, но он уехал…
— Куда? — тянет возмущенно.
— Что же ты, мамуль, не в курсе передвижений любимого зятя, — выдаю с сарказмом и обидой.
— И о девице, которая у него в квартире живет, не знаешь? Я с ней сегодня познакомилась.
— Вот кобелина брехливая! — неожиданно ругается мать и ладонью по столу бьет. — Мне заливал, как любит тебя, как скучает. Какая ты неуравновешенная стала и выдумываешь все. По ночам, говорил, тебя с балкона вытаскивал, — прикрывает рот ладонью. — Я так боялась, что ты себе сделаешь что-то. Или Рите, — бубнит приглушенно.
— Чушь какая! — вскрикиваю. — Антону плевать было на нас! Он требовал, чтобы я дочь заткнула и спать ему не мешала.
Тогда я Ритку одевала и закачивала на балконе. Она на свежем воздухе засыпала быстрее. И от козла этого подальше.
— Он сказал, что ты… — кивает на мою скулу, которая уже зажила, — …сама. В истерике с собой это сделала. А он помешать хотел.
— Мама, ну почему ты ему верила? — недоумеваю я.
— Потому что ты в такой депрессии была после родов. Страшно смотреть, — плачет. — Прости, доченька.
— Что еще тебе Антон рассказывал? — допытываюсь я.
— Я имею ввиду, в тот день, когда я родила…"
"— Почти ничего, — сокрушается мать. — Сначала сказал, что ты хочешь, чтобы именно он на родах присутствовал, — а я закатываю глаза, уже не удивляясь его лжи. — И отправил меня домой. Я звонила ему каждый час. Не отвечал. И только на следующее утро сообщил о трагедии.
— Ты не приходила ко мне, — упрекаю ее.
— Антон не разрешал. Сказал, тобой специалисты занимаются. И посещения запрещены.
