Подхватываем их на руки, захлопываем дверцы — и приближаемся друг к другу.
— А-а-а почему их две? — доносится сдавленный хрип Лены.
Она смотрит на Риту в моих руках, переводит взгляд на Алю, обнимающую Вадима, возвращается. Приоткрывает рот, тщетно пытаясь сделать вдох, но вдруг закатывает глаза — и падает на землю без сознания.
— Твою ж… — заглушает ругательство Вадим, тут же дочь в щечку чмокает и на ножки ее ставит. — Максим, — окликает начальника службы охраны.
Глава 35
Вадим
Возвышаюсь над бледной Леной, что сломанной куклой лежит на диване в гостиной, куда ее перенесла охрана.
Всматриваюсь в испуганное, растерянное лицо. Наблюдаю, как Максим воды ей дает, помогает сесть.
Сам не подхожу. Устраиваюсь в кресле напротив. Боюсь, что не смогу в руках себя держать.
Бросаю взгляд наверх, в сторону детской. Минут пять назад за ее дверью скрылась Снежана с малышками. Напоследок шепнула Максиму, чтобы за мной следил и не дал бывшую прибить.
Усмехаюсь чуть заметно. Кто бы говорил! Сама гарпией на Лену напала, чуть в волосы не вцепилась — еле остановил.
Хрупкая Снежинка превращается в дикую волчицу, когда дело касается детей. И мне безумно это нравится.
Однако проблемы в нашей семье я предпочитаю брать на себя. А мои девочки пусть живут в уюте и спокойствии.
— Голова кружится? Скорую вызвать? — покосившись на Лену, замечаю, как она затылок потирает. Все-таки рухнула коза неслабо и наверняка головой приложилась. — Ты как?
— Н-нормально, — отвечает заторможено.
Делает глоток воды, отдает стакан Максиму и на подлокотник дивана опирается.
— Ну, говори уже, — не выдержав, рявкаю я. — Зачем вы с матерью все это провернули?
— Я не знала, что их две, — в очередной раз повторяет ошеломленно. — Почему два ребенка? Одинаковых… — бубнит себе под нос.
— Неужели тебя «мама дорогая» не предупредила? Или между допросами не успела? — с сарказмом выплевываю.
— О чем? — всхлипывает Лена. — Я отключила телефон в Польше. Чтобы не отвлекал, — прячет взгляд. Судя по всему, она не журналистскую конференцию имеет ввиду, а любовника.
Что же, отдохнула на славу. — Когда в Россию вернулась, сама позвонила, но мама не ответила почему-то…
— Занята она, — прыскаю смехом. — Отдувается сейчас за ваше преступление, — кисти в замок сцепив, продолжаю строже: — Лена, как и зачем вы украли у Снежаны ребенка?
— Украли? Продала она! Сама! Отказ написала, — повышает голос. — Вадим, нашел, кому верить! Что эта суррогатка наплела тебе? Мозг запудрила, — фыркает она, а я кулаки сжимаю.
