— У нас очень необычная новость.
— У нас? — изгибает бровь, а потом заглянуть за мою спину пытается. — А где Рита? Ты говорила, вместе приедете? Или ты еще и Антона с собой прихватила? — старается сохранять ровный тон, но злая вибрация в голосе выдает его.
У папы с моим бывшим мужем возникла антипатия с первого взгляда. Впрочем, не зря…
— Тише, — отмахиваюсь, чтобы лишнего ничего не сказал. Вдруг кое-кто подслушает, трактует неверно и разозлится. — Да, вместе. Пап, ты не волнуйся только, — после моих опрометчивых слов он хмурится и выдыхает тяжело.
— Вадим? — зову, не оборачиваясь."
"Сама же не отхожу от отца ни на миллиметр. Слышу неторопливые шаги позади, чувствую, как Вадим с обеими малышками на руках приближается к нам. Делаю глубокий вдох.
— Пап, моя вторая дочь и твоя внучка жива. Я нашла ее, — выпаливаю на выдохе. — Произошла чудовищная ошибка и…
Сглатываю ком в горле, потому что не могу без эмоций наблюдать, как отец опускается на пуф и обнимает малышек. Рита задумчиво рассматривает деда, постепенно вспоминая, ведь видятся они редко.
Но не плачет. Аля бросает карамельный взгляд на Вадима, словно проверяет, рядом ли папка и держит ли все под контролем, а потом с любопытством сканирует в нового родственника.
— Преступление, — вторгается в разговор Шторм, сразу обозначив, кто в семье босс. — Но виновные обязательно будут найдены и наказаны, — холодно чеканит.
Сложив руки в карманы, он внимательно следит за тем, как мой отец обращается с внучками. Каждое его движение впитывает, каждую эмоцию.
Словно надзиратель с невидимым автоматом наперевес. В случае чего откроет стрельбу на поражение.
Вадим привык во всем искать подвох. Не понимает, что в стенах этого дома мы в безопасности, потому что папа безумно любит меня, а значит, и моих детей.
— Вадим, — беру его под локоть и вздрагиваю, коснувшись твердых, окаменелых мышц. Напряжение Шторма меня настораживает и пугает.
Еще и отец внезапно поднимает голову, прищуривает покрасневшие от сдерживаемых слез глаза и буквально выстреливает взглядом в Вадима.
Оба мужчины настроены воинственно, что искры летят от их молчаливого противостояния.
— А это кто, Снежка? — не прерывая зрительного контакта со Штормом, спрашивает меня папа.
— А это отец близняшек, — полностью перетягивает на себя инициативу Вадим. — Приятно познакомиться.
Успокаивающе провожу ладонью по его предплечью и улыбаюсь слабо. Отец глаз с нас не сводит, малейшие детали подмечает, а сам внучек от себя не отпускает.
