– Нет, – хором ответили мы.
– У вас где болит? – В Кате проснулся хирург.
Подбитый потряс головой:
– Нигде.
– Совсем?
– Да.
– Думаю, тогда нет необходимости вызывать ГАИ, – быстро сказала я, – тем более что вы… э…
– Юра, – представился пострадавший, – Юрий Иванович.
– Очень приятно. Евлампия Андреевна Романова, это я вас сшибла.
– Нет, я, – принялась настаивать на своем подруга, – Екатерина Андреевна Романова.
– Вы сами виноваты, – я решила расставить точки над i, – побежали через проспект, в темноте, одеты в серую куртку.
Еще счастье, что мы не убили вас. Отвратительное поведение.
– А убили бы, – обреченно заявил Юра, – так и ничего, плакать некому, я один на белом свете, никого близких нет.
– Вам-то точно хорошо было бы, – окончательно рассердилась я, – лежи в уютном гробу, спи спокойненько, а мне на зону? Между прочим, у меня двое детей!
– Это мне в тюрьму, – не упустила момента, дабы настоять на своем, Катя, – а дети не совсем сироты, они при Лампе, но все же плохо было бы.
– Убивать таких надо, – кипела я, – переход рядом.
Да ты просто козел!
Юра молчал.
– Тебе плохо? – насторожилась я.
– Нет, вернее, да.
– Что болит?
– Ничего.
– Зачем тогда врешь, что плохо! – понеслась я вновь по кочкам. – Если хочешь от нас деньги получить, то имей в виду, не дадим ни копейки.
– Только на химчистку, – влезла Катя, – вон, всю куртку и брюки испачкал."
"– Еще чего! – возмутилась я. – Это он тебе денег должен за моральный ущерб, небось чуть инфаркт не получила, когда эта гадость в куртке перед тобой внезапно возникла.
Катя тяжело вздохнула:
– Ужасно. Думала – умру.
– Вот видишь! Еще на химчистку ему! Ну-ка, быстро отползай, нам домой пора.
Юра покорно встал. Я дернула Катю:
– Пошли, труп совсем здоров.
Но подруга приблизилась к Юре:
– У тебя что-то случилось?
– Маму сегодня похоронил, – ответил он, – отвез на кладбище и пошел по городу бродить куда глаза глядят, сам не понимаю, как к вам под колеса попал, уж извините. Только за моральный ущерб сразу не возмещу, зарплату тридцатого дают.
Сколько вы хотите? Триста баксов хватит?
– Нисколько, – ответила Катя, – Лампа пошутила. Ты где живешь, далеко?
Юра замялся:
– Ну… в общем, да, в Жулебине.
– Господи, – удивилась я, – сюда-то как приплюхал?
– Понятия не имею, шел, думал о своем. Вы не волнуйтесь, сейчас чуть-чуть обсохну и к метро двину, авось пустят, хоть и грязный весь.
Я поежилась под проливным дождем, да уж, высохнуть в такую погоду представляется проблематичным.
