На другом более-менее разборчивом снимке длинный, с лунообразным лицом, бывший председатель райпо Хлыстунов, согнувшись дугой, игриво обнимал невысокую ростом Галактионову за полуобнаженные плечи. Сценка была снята вроде как через щель в дощатом заборе. Боковые края кадра ограничивались размытыми в нерезкости вертикальными серыми полосами, а на заднем плане виднелся угол райповского склада промышленных товаров.
Фотографии общих видов были заметно лучше. На одном из них возле Юлиного особняка стояла «Волга» с начинавшимся двумя нолями «блатным» госномером.
— Не узнали в ГАИ, чья машина? — спросил Тимохину Бирюков.
— Облпотребсоюзовская персоналка, закрепленная за Хлыстуновым, — вместо Тимохиной ответил Слава Голубев. — Кстати сказать, Сережа и «Тойоту» Черноплясовой щелкнул на автозаправке у нас в райцентре."
"Бирюков быстро нашел этот снимок, по сравнению с другими, пожалуй, самый удачный. На нем отчетливо были видны и белая «Тойота» с госномером X 12-34 НБ, и одетая в спортивный адидасовский костюм Оксана Черноплясова, придерживавшая правой рукой заправочный шланг от бензоколонки к машине, и даже вывеска над фасадом остекленного павильона: «Автозаправочная станция № 65».
Внимание Бирюкова привлекли еще три мутноватых снимка. На одном из них у распахнутых дверей промтоварного склада грузчики дружно поднимали в кузов грузовика расписанную иероглифами, видимо, тяжелую коробку, а наклонившийся из кузова Анисим Гаврилович Марусов как будто пытался им помочь.
На другом — те же грузчики возле дома Галактионовой разгружали «Колхиду». По всей вероятности, ту самую, на которой Юле привезли уцененную стенку. Сама Юля стояла у открытой дверки кабины с противоположной от водителя стороны и что-то подавала сидевшему в машине мужчине, лица которого не было видно. На третьем — «фирмово» одетый Артем Лупов с «дипломатом» в руке галантно поддерживал под локоть Юлю Галактионову, помогая ей подняться в вагон электрички.
На двух фотографиях с черным непроницаемым фоном были сняты покосившиеся кладбищенские кресты. Показав их Тимохиной, Бирюков спросил:
— А это что такое, Лена?
— Это, Антон Игнатьевич я отпечатала с пленки, на которой проявилось только два кадра. Будто Сережа снимал при очень слабом освещении и два раза воспользовался фотовспышкой, которая высветила передний план. За ним — темнота.
