Это должно быть то, ради чего она здесь.
Времени праздновать победу не было. Затолкав диск поглубже в рюкзак, Трейси вышла в коридор и уже почти добралась до входной двери, как ее ослепил свет фар автомобиля.
Черт!
Трейси застыла, услышав приближающийся рокот двигателя, затем он совсем смолк. Фары тоже выключились.
Синтия Дорриен вернулась домой.
И что еще хуже, не одна.
Припарковав дальше по улице ничем не примечательный «форд-транзит», Джеф сидел в темноте и ждал появления полиции.
Все сильно усложнилось в тот момент, когда он понял, что Трейси намерена забраться в дом генерала Дорриена.
Должен ли он поставить в известность Джейми Макинтоша? Или лучше промолчать?
Джефу не потребовалось много времени, чтобы принять решение. Если Трейси не доверяет офицеру МИ-6, значит, у нее есть на то причина, и, стало быть, Джеф тоже не станет ему доверять. С другой стороны, он должен обеспечить ей безопасность, особенно теперь, когда на месте событий появились полицейские.
В отчаянии от того, что не может вмешаться, сделать хоть что-нибудь, чтобы ее спасти, он лишь молился и мысленно просил: «Ну же, родная! Придумай что-нибудь…»
Трейси узнала знакомые маячки британской полиции: белый и синий, услышала мужские голоса, приглушенные, но настойчивые, и инстинктивно бросилась на пол, чтобы ее не было видно из окна.
Ей было слышно, как один за другим замолкали двигатели автомобилей, а с ними погасли и маячки. Вокруг опять воцарились кромешная тьма и зловещая тишина, как перед бурей.
Все чувства Трейси были крайне обострены, нервы напряжены до предела, как натянутые струны, того и гляди лопнут.
«Кто сообщил в полицию? Неужели кто-нибудь видел, как я входила в дом? Возможно, сосед услышал, как сработала сигнализация? Джейкоб – единственный, кто знает, что я здесь, он не мог меня выдать». Мысли лихорадочно метались в голове, когда она услышала шаги, направлявшиеся к парадной двери, в то время как другие раздались под окнами – полицейские окружали дом. Трейси в отчаянии огляделась в надежде отыскать способ сбежать, но времени не осталось! Через несколько секунд дверь распахнется, ее поймают на месте преступления и арестуют.
Камерон был прав: в лучшем случае ее с позором отправят в США, а возможно, ЦРУ отречется от нее и оставит гнить в британской тюрьме, избавив себя от конфуза.
И она уже никогда не найдет Алтею, не узнает, что случилось с Ником.
В парадную дверь забарабанили.
– Полиция! Откройте!
И Трейси приняла решение.
