Для этого знаменатель разложите на простые множители, и преобразуйте числитель вот так…
Николай Романович пишет решение грёбаного интеграла.
Если честно, для первого занятия, это пипец, какая сложная тема.
Я в школе училась, как попало, но какие-то предметы мне всё равно давались, и я их легко понимала и воспринимала. Но вот это вот всё!
Думаю, что ещё главным фактором моего непонимания урока является сам учитель – это тип меня жутко бесит.
– Вы всё поняли? – смотрит он не на меня, а в вырез моей блузки.
Ну ты ещё мне в трусы загляни, вдруг затерялись там твои чёртовы дроби, множители и многочлены!
– Нет.
Я не поняла. Ничего не поняла, – отвечаю честно и отодвигаю от себя тетрадь. Тру виски и протяжно вздыхаю. – Думаю, вам уже пора, Николай… На сегодня достаточно.
– Яна Андреевна, каждый наш урок рассчитан на четыре часа. И оплачено уже всё… – запротестовал этот мучитель.
Боже! Я сейчас точно ему в глаз эту ручку воткну!
Делаю глубокий вдох, затем выдох и мягко произношу, едва сдерживаясь, чтобы не наорать:
– Слушайте, я честно устала.
Математика для меня сложный предмет. И я не уверена, что вы вообще начали правильно…
Махаю на раскрытый на середине учебник и тетрадь.
– Вы начали не сначала, – добавляю строго. – Лучше бы вам составить программу по-другому, учитывая тот фактор, что я в математических науках полный ноль.
Учитель хмурится. Взгляд становится жёстким, неприятным. Губы в недовольстве поджимает, но он не смеет мне возражать.
– Ладно, – выдавливает он из себя.
– Я быть может и правда, погорячился. Мне сказали, что у вас уже есть база – и я решил сразу перейти к делу.
Угу, даже не проверив эту самую базу.
Он собирает свои тетради, убирает их в портфель и говорит:
– Час, который мы не использовали для урока, я перенесу на последнее занятее. Вы не возражаете?
Мотнула головой.
– Нет.
Хотя я в принципе не хочу заниматься алгеброй и геометрией.
– Договорились. Я приеду послезавтра. В двенадцать.
– Будьте так любезны действительно приехать в двенадцать, – не удержалась от шпильки.
– Сегодня случился форс-мажор, – невозмутимо отвечает математик.
Вдруг он начинается кашлять – надрывно, сильно и меня это пугает. Но я ничего не делаю, просто смотрю на парня, который уже фиолетовый как свекла. Почему-то на него мне плевать, даже если сдохнет. Будь на его месте Швед, я бы уже оказывала ему первую помощь.
Откашлявшись, он сипит:
– Простите… Поперхнулся слюной. Не дадите воды?
Лучше сразу серной кислоты.
