В клуб приезжаю с небольшим опозданием, Полина пишет, что они уже внутри. На входе меня спрашивают номер стола, потом пропускают.
Осматриваюсь. Здесь красиво. Несмотря ни на что, я не большой любитель клубов в том смысле, чтобы ходить сюда в поисках второй половинки. По-моему, в таких местах можно найти максимум партнера на перепихон в туалете. Но у Авдеева все очень стильно.
Я поднимаюсь по винтовой лестнице — каблуки отстукивают ритм, а мне приятно ловить на себе взгляды. Внутри — грохот басов, плотная дымка спецэффектов, красные и фиолетовые огни, отражающиеся от зеркальных шаров.
Диджей — татуированный тип с прической а-ля «петушиный ирокез» — крутит что-то очень забористое. Толпа под сценой уже скачет.
Наш столик — в ложементе на втором этаже. Полукруглый диван в бархатной обивке, темное стекло стола, приглушённый свет. Эффектно и в меру приватно. Полина уже с бокалом в руке. Илона болтает с официантом. Оля сидит с видом, будто ее притащили сюда силой, и цедит воду с лимоном.
— Принцесса подошла! — Полина вскакивает, тянет меня в обнимку.
У нее на голове обруч с крошечными рожками, и она сияет.
— Это платье просто кричит, что ты в хорошем настроении, — говорю погромче, чтобы перекричать грохот музыки.
Они все в платьях, черт. Даже пухленькая Илона, которую я ни разу не видела не то что платье — даже в юбке, сегодня в чем-то бежевом, что скрывает недостатки фигуры, превращая ее в аппетитное безе. В джинсах приперлась только я.
— Если бы я так выглядела в джинсах, я бы в них даже спала, — говорит Оля, видимо, прочитав мой взгляд.
— Тебя уже ползала глазами жрет, Кристи.
Я видела. Мужские взгляды, особенно неприкрытые, трудно игнорить, даже если на них реально плевать. Я пришла сюда просто потанцевать. А конкретно сегодня еще и с четкой целью вытравить из головы болючую как заноза мысль: «Где ты, с кем ты?!»
— Мы заказали белое, — Илона так раскраснелась, как будто речь идет о запрещенных веществах. — И клубничную сангрию.
— Люблю, когда все решено за меня, — улыбаюсь и устраиваюсь с краю дивана, перекидывая ногу на ногу.
Музыка наваливает. Мы несколько минут просто пьем и качаемся в такт. Полина тянет меня танцевать, я сначала отмахиваюсь, потом — просто отрываюсь. Я люблю танцевать. Всегда любила. Я знаю, что когда начинаю двигаться — на мне сфокусировано все мужское внимание, но мне абсолютно плевать. Просто закрываю глаза и отдаю свое тело музыке, чтобы она просочилась под кожу и ударила ритмом в вены.
