Девушка в фиолетовых шелках, парень с рыже-золотыми кудрями, торчащими из-за пушки, и четверо мокрых подростков, крепко держащихся за бока танка, – шуханец в тюремной одежде, два потрепанных дрюскеля и Нина, полуголая девушка в остатках сине-зеленого шифона, кричащая: «У нас есть ров!»
Когда они въехали в город, Матиас сказал:
– Уайлен, передай Джесперу, чтобы держался западных улиц.
Тот нырнул вглубь, и через секунду танк свернул на запад.
– Это район складов, – пояснил Хельвар. – Ночью тут пусто.
Танк затарахтел по мостовой, накреняясь вправо и влево на тротуарах и отъезжая назад, чтобы избежать столкновения с редкими прохожими, а затем поспешил в район гавани, мимо таверн, магазинов и портовых касс.
Кювей откинул голову назад, его лицо засветилось от радости.
– Я чувствую запах моря, – счастливо произнес он.
Нина тоже его чувствовала. Вдали мерцал маяк. Еще два квартала, и они будут на набережной – на свободе. Тридцать миллионов крюге. Ее и Матиаса долей хватит на то, чтобы отправиться, куда угодно, жить так, как они сами захотят.
– Почти на месте! – крикнул Уайлен.
Они завернули за угол, и сердце Нины ухнуло куда-то вниз.
– Стой! – воскликнула она. – Стой!
Могла и не надрываться. Танк подскочил и остановился, чуть не скинув девушку вниз. Набережная была прямо перед ними, а за ней и гавань. На ветру развевались сотни флагов разных кораблей. Час был уже поздний, причал должен был быть пустым. Но он был заполнен войсками, стоящими шеренга за шеренгой людьми в серой форме. Как минимум две сотни солдат – и все стволы направлены прямо на них.
Нина все еще слышала звон Эльдерклока. Она оглянулась через плечо. Ледовый Двор возвышался над гаванью, усевшись на утесе, как угрюмая чайка с взъерошенными перьями. Его белокаменные стены подсвечивались снизу и сияли на фоне ночного неба.
– Что это? – спросил Уайлен Матиаса. – Ты ни разу не говорил…
– Они, наверное, изменили процедуру развертывания войск.
– Все остальное было неизменным.
– Я никогда не видел Черный протокол в деле, – рявкнул Матиас.
– Может, они всегда отправляли войска в гавань. Я не знаю.
– Тихо! – сказала Инеж. – Замолчите.
Нина подскочила, услышав, как над толпой разнесся громоподобный голос. Сначала он говорил на фьерданском, потом на керчийском, и, наконец, на шуханском.
– Освободите узника Кювея Юл-Бо. Опустите оружие и отойдите от танка.
– Они не могут просто открыть огонь, – заметил Матиас. – Не будут рисковать из-за Кювея.
– Им и не нужно, – помрачнела Нина. – Смотри.
