Стройная пожилая дама, облаченная в темно-фиолетовый, расшитый золотом халат, сурово поинтересовалась:
– Вы ему кто?
– Дарья Васильева, служу у Вадима Ивановича секретарем, – сказала я чистейшую правду. – Вот мой паспорт, можете его посмотреть. Извините, не знаю вашего отчества, и простите за столь поздний визит.
– Лейла Ахатовна Ибрагимова, – представилась дама. – Зачем вы пришли?
– Вадим просил взять у вас ключи от его квартиры, – объяснила я.
– Ждите, буду рада избавиться от ненужного хлама, – недовольно заявила Лейла Ахатовна и захлопнула дверь.
Я осталась на лестнице, весьма удивленная последними словами дамы. Минут через пять та снова предстала передо мной во всей красе и протянула связку на железном колечке с брелоком в виде буквы «К». Я взяла ключи.
– Большое спасибо. Это точно они?
Лейла вскинула брови, а я объяснила свои сомнения:
– Хозяина зовут Вадим Сперанский, а на цепочке буква «К».
– Спе-ран-ский? – по слогам произнесла дама. – Это кто?
– Ваш сосед, который оставлял ключи, – удивилась я.
И пояснила еще раз: – Вадим Сперанский – мой работодатель.
– Фантасмагория! – воскликнула Лейла Ахатовна. – Он же Жрачкин!
Настал мой черед изумляться.
– Кто?
Дама скрестила руки на груди.
– Уважаемая, вы хоть знаете, у кого работаете?
– У психолога Вадима Сперанского, – ответила я. – Ну, и у его жены Нины.
– Теперь он знаток человеческих душ! – ехидно засмеялась Лейла Ахатовна. – Должна разочаровать вас. Фамилия этого типа Жрачкин. Согласна, она неблагозвучна, но несчастная мать Вадима, моя ближайшая подруга Ксения, убитая своим мерзким сынком, жила с ней всю жизнь и менять ее не хотела.
Фамилия была единственным, что осталось у бедняжки от отца. Ключи мне, едва въехав в дом, отдала Ксюша, поэтому и на брелоке буква «К». Это я сообщила ей о том, что в подъезде продается квартира, причем очень дешево. Вот так! Если хотите узнать правду о пакостнике, из липких лап которого получаете зарплату, заглядывайте. После шести вечера я, как правило, дома.
Связку не возвращайте, не желаю иметь дел с преступником, погубившим свою мать. Наверное, следовало давно выкинуть ключи, сама не понимаю, почему я их сохранила. Похоже, очень они гаденышу нужны, раз вспомнил обо мне. Мы с ним давно не разговариваем. Вы русская?
– Да, – ответила я, немало удивленная ее вопросом. – А почему вы интересуетесь?"
"– Волосы темные, глаза карие, кожа смуглая, – перечислила женщина. – Внешность не европейская.
