Уже через десяток вёрст поступил доклад от охранения правого фланга о появлении татарских разведчиков. Где-то сотня всадников кружила вдалеке, следуя за нами параллельным курсом. Не дожидаясь команды полковника, командир первого батальона приказал сделать выстрел градом из одного орудия.
Благодаря «Дальнозоркости» я имел возможность оценить результат, который меня не больно-то порадовал. Увы, но сказывалось несовершенство дистанционных трубок, и барашек вспух слишком рано. Правда парочку всадников всё же достало.
Под одним убило лошадь, другого подхватил товарищ, и поддерживая его ускакал вместе с остальными. Но с другой стороны, всё в этом мире относительно. Теперь татары хорошенько подумают прежде чем приближаться к нам н дистанцию в тысячу восемьсот сажен.
Помимо дозоров, велось наблюдение и на дальних подступах. Для этого задействовали ещё один малый воздушный шар, на одного человека, в подвесной. Это был третий и последний аэростат в полку. Дальше реальный перебор. Впрочем, мой к полку не относится, как и я со своей группой, значимся просто вассалами Долгоруковой, число коих не ограничивалось…
Несколько выстрелов на левом фланге раздались совершенно неожиданно.
Я глянул сначала на наблюдателя в небе, который не ловит мышей. Потом поднялся в седле обернувшись влево в попытке понять что происходит. Разъезд в составе десятка гусар нахлёстывая лошадей уходил в нашу сторону, а из-за взгорка доносился нарастающий топот копыт.
— Атака конницы с левого фланга. Полк построение в каре, — раздался у меня в голове голос Уфимцева.
То есть приказ получен всеми командирами уровня батальона. И они сейчас дублируют команду. Полковой трубач уже играет не просто тревогу, но отражение конной атаки, а батальонные и ротные ему вторят. Солдаты не дожидаясь команды спешат занять места по боевому расчёту, хотя ни унтера, ни офицеры не отмалчиваются.
Подобный сценарий неоднократно отрабатывался на учениях, что ни говори, а повадки татар были хорошо известны. Поэтому полк двигался не просто колонной, а уступом, чтобы перестроиться в сжатые сроки.
Так что, в принципе, все знали свой манёвр. Единственно требовались уточнения под конкретную ситуацию и местность, но с этим сложностей не возникло. Полк действовал чётко и слаженно как часы.
— Передки с батареи! — по обыкновению вычленил я горластых артиллеристов. — Прицел постоянный! Один град! Трубка ноль! Готовить картечь.
Люди торопились так, словно за ними гонится сам чёрт. Впрочем и гонится, чего уж там.
