С помощью «Дальнозоркости» я отлично видел, что эффект оказался выше всяческих моих ожиданий. Артиллеристов гоняли в хвост и в гриву ничуть не меньше стрелков, а скорее даже и больше. Воронин сжёг чёртову уйму пороха и израсходовал тысячи снарядов. Зато результат этих огромных трат, слитого пота и пролитой крови теперь был виден воочию.
Шпицрутены страшная штука, проведённому через строй буквально сдирают шкуру. Пару дней после этого наказанный лежит пластом изнывая от полученных ран, не в состоянии умереть, потому что лекари поддерживают в нём жизнь.
После этого его поднимают, но раны залечивают не полностью. С одной стороны, солдат вроде уже и может выполнять свои обязанности, с другой, болезненные ощущения остаются с ним.
Жёстко. Если не сказать жестоко. Но воинскую науку такой метод вгоняет в подкорку намертво. И результат я сейчас наблюдаю своими глазами. Больше тысячи татарских всадников и лошадей валятся в ковыль. Какой там сейчас стоит ор и ржание можно только догадываться.
Собирающаяся для удара конница в смятении, их вожди пока не знают как поступить.
Растерянность татар не может быть долгой по определению, они с раннего детства воспитываются как воины. Поэтому когда хан решает собрать войско, он просто призывает мужчин, каждый из которых умеет и готов сражаться. Но храбрость и решимость порой разбиваются о лучшее вооружение и слаженные действия дисциплинированного противника.
Не успели татары ещё толком решить, как им поступить, а над ними вновь вспухли барашки градов, и чугунные пули опять обрушились на воинов степи, выкашивая их ряды.
Судя по тому, что я вижу, и в этот раз им досталось ничуть не меньше. Слишком много всадников собралось на относительно небольшом пяточке, а как результат превратились в скученную и неповоротливую массу.
Наконец конница сорвалась с места и понеслась на нас неудержимой и сметающей всё на своём пути лавой. Казалось это сплошное море всадников не остановить. Но полк ощетинившись штыками продолжал стоять, перегородив проход между двумя протяжёнными и широкими промоинами.
"
"Пушки грохотали уже по готовности раз за разом посылая вдаль один снаряд за другим. Трубки замедлители всё короче, барашки градов вспухают всё ближе. Потери атакующих теперь уже поменьше, но всё равно остаются высокими. В ковыль то и дело летят кубарем лошади и выпадающие из сёдел всадники.
Мелькнула было мысль наплевать на приказ, и ударить по атакующим плетениями.
