Крупные капли с весёлым стуком шлёпались в лужи и разбивались об оконные стёкла. Не самая лучшая погода для концерта, особенно для оркестрантов.
— Бабуля, в такую погоду концерт наверняка отменят. Я сейчас позвоню в комиссариат, — сказала Ульяна."
"— Уля, они же военные! — Я покачала головой, удивляясь её наивности. — Приказ должен быть выполнен в любую погоду и при любых обстоятельствах, даже если с неба повалятся камни.
— Но ты можешь смотреть с балкона, — не отставала Ульяна, — оркестр всё равно сыграет для тебя.
— Как ты не понимаешь! Этот концерт не для меня, а для всех них. — Я посмотрела вверх, на серые дирижабли облаков над Москвой, выискивая хоть один лучик солнца посреди сплошной стены дождя.
— Я знаю, бабуля. — Ульяна на миг прижалась щекой к моей щеке. — Ты, как всегда, права.
И всё же солнце сумело дать бой непогоде и прорвало фронт, заиграв бликами на меди валторны в руках музыканта. Дождь прекратился.
Под песню «Катюша» взвод музыкантов вошёл во двор парадным шагом и выстроился передо мной в шеренгу, словно я, бывшая фронтовая прачка с тощими косичками, была Верховным главнокомандующим.
Хлопали двери домов, распахивались окна, и за несколько минут двор наполнился людьми, как бывало прежде у репродуктора со сводками новостей. Не хватало лишь голоса Левитана и его торжественно-спокойного: «Внимание! Говорят все радиостанции Советского Союза!»
Высокий стройный капитан в парадной форме вытянулся передо мной по струнке:
— Дорогая Ульяна Николаевна, разрешите от всей души поздравить вас с семьдесят шестой годовщиной великой Победы и пожелать многая лета!
У него были весёлые карие глаза озорного мальчишки и длинные пальцы, обнимающие букет белых роз.
При взгляде на Ульяну он зарделся, и я с удивлением заметила на лице моей неприступной правнучки лёгкую ответную улыбку.
Капитан протянул мне цветы, которые я передала Ульяне, и зрители дружно захлопали в ладоши.
Капитан повернулся к оркестру и дал сигнал приготовиться: «Смуглянка».
В сторону оркестра потянулись руки с зажатыми для видеосъемки телефонами. Мгновение напряжённой тишины, и музыка заиграла радостью на лицах собравшихся. Какая-то девушка в рваных джинсах лихо подбоченилась и притопнула ногой. Ничего, что лужи! Где наша не пропадала!
Известные мелодии менялись одна за другой. Зрители то подпевали, то плакали, то танцевали. Дирижёр опустил палочку и сделал шаг по направлению ко мне.
