Светило яркое, полуденное солнце. Кожу приятно обдувал прохладный ветер, приносящий с собой живительную свежесть. Хаджар слегка поморщился, когда на него упали холодные брызги.
Где-то рядом зазвучал детский, девичий смех.
– Тебе просто приснился кошмар, – прозвучал все тот же голос. Такой знакомый и родной. – теперь все уже хорошо. Это был просто кошмар.
Он открыл глаза и сердце пропустило удар.
Ветер трепал темные, почти черные волосы. Тяжелая, тугая коса лежала на атласном плече, а теплые карие глаза улыбались ему.
Нежные руки ласкали его щеки, и он больше не чувствовал ни одиночества, ни тьмы, ни тишины.
Рядом с ним, на траве, сидела Элизабет.
Его мать.
– Мама, – прохрипел Хаджар, слыша свой, но какой-то иной голос.
Он посмотрел на руки. На них не было ни шрамов, ни мозолей. Кожа не была грубой и загоревшей. Пальцы – не такие узловатые и длинные.
В отражении родных глаз он увидел свое лицо. Лицо шестилетнего мальчишки. Счастливое и безмятежное.
– Это просто кошмар, – повторила Элизабет.
– просто кошмар.
– Мама, – уже смелее произнес Хаджар.
Он обнял её. Так крепко, что та вскрикнула от неожиданности. А потом, засмеявшись, прижала сына к себе. Хаджар так скучал по этому родному теплу и спокойствие. Скучал по запаху её волос. Запаху дома и цветочного луга.
В её руках он чувствовал, будто бы с его плеч спадает вес целого мира. Его сердце успокаивает своей неумолимый бег, а тяжелая тишина сменяется безмятежным покоем. В объятьях матери он чувствовал себя так, будто бы лежал на небе, укрывшись одеялом из облаков.
– Ты меня задушишь, – смеялась Элизабет. – ну все, маленький, отпусти.
Хаджар лишь замотал головой, все глубже зарываясь в её волосы.
– Ну, что же такое приснилось, что так сильно напугало моего отважного рыцаря."
"И Хаджар, не разжимая объятий, рассказал ей о своем сне. О том, что их предал дядя Примус. О том, как он видел, как умерла Элизабет. Как его сделали сперва калекой, а потом рабом. Как он встретил плененного дракона и как попал в армию.
Он рассказал ей о Стефе, о Эйне, о Догаре.
Рассказал о Лунном Генерале Лин и Зубе дракона. О том, как они любили, но стали повинными в смерти друг друга и, возможно, нашли в этой смерти свой покой.
Она смеялась, слушая его рассказы о похождениях с Неро и Серой.
Она гладила его по волосам, и с каждым движением воспоминания о кошмаре уходили. Покрывалось пеленой, исчезая где-то на задворках сознания.
– Что случилось? – прозвучал второй, столь же родной голос.
