Хаджар, не оборачиваясь, опустился на колени перед некогда прекрасной девушкой.
Её шрамы Хаджар чувствовал, как свои. Её ожоги жалили его собственную кожу.
Но в её глазах о не находил ни единого отсвета той свободной, дышащей жизнью женщины.
В ту ночь, он был прав – им больше не было суждено встретиться. Здесь, на траве, была лишь её изуродованная плоть, но никак не душа.
– Прощай, – прошептал Хаджар.
Прикрыв глаза, он медленно достал из ножен кинжал.
Не было ни вскрика, ни агонии. Удар был быстрым и чистым.
Она даже вздрогнуть не успела, как её сердце перестало биться.
Хаджар бережно опустил на землю то, что осталось от Стефы на землю.
Он повернулся к армии, и каждый солдат вздрогнул от того, что увидел в глубине синих глаз.
– Требушет сюда! – прогремел голос, мало похожий на человеческий.
Этой ночью в сторону шестого павильона по ночному небу летели останки их старейшины. И не важно, какие истории будут рассказывать впоследствии о Хаджаре. Будут ли петь о нем как о клятвопреступнике или как о герое.
Но в одном люди могли не сомневаться. Все эти песни будут пропитаны кровью.
Глава 105
Хаджар, закутавшись в меховые накидки, сидел у шатра и смотрел на горный перевал. Северный ветер, наконец-то, принес с собой снег. Белые, крупные, холодные хлопья опускались с неба укрывая землю пушистым, холодным одеялом.
– Мой генерал.
– Генерал Хаджар.
Проходившие мимо солдаты отдавали ему честь и спешили по своим делам."
"После того, как Хаджар одним ударом отправил старейшину Черных Врат к праотцам, уважения и страха по отношению к генералу только прибавилось.
Только вот Хаджар не видел в этом своей заслуги.
Старейшина, пусть и самый слабый из секты, все же находился на грани становления истинным адептом. Наверняка он был намного сильнее Зуба Дракона. Единственное, что позволило Хаджару сделать то, что он сделал – гордыня старейшины.
За тысячу лет, проведенных на горном пике, он привык к абсолютной доминации над всеми вокруг. Перед ним гнули спины ученики, учителя и Мастера.
Он ходил, будто король, да что там – сам Король Балиума оказал бы ему немыслимое уважение.
И кого он увидел перед собой? Простого оборванца, находящегося на стадии Формирования, ступени Осколков. В секте такие ученики, пусть и ходили в число приближенных, но не стоили и толики внимания старейшины.
Даже если он и знал о таланте Хаджара на пути Меча, то мог считать его преувеличенным или и вовсе – выдуманным.
