Я не смогла и приняла на себя обязательство перед родом – месть, а ведь все Сирины, кроме меня, мертвы, никто из них не осудит меня и не пострадает, если я вдруг откажусь искать Неспящих и просто подожду, когда закончится последний отбор последнего наследника Аранских, чтобы без страха за свою жизнь открыть личность. А Элоранарру ещё тяжелее: если он откажется выполнять свои обязанности, это может стоить его семье жизни.
Он не сможет так поступить, поэтому его зависть бессмысленна. Даже усталый, на грани истощения, Элоранарр занимался этим всем не потому, что ему велел отец, а потому, что просто не мог иначе.
– Вы можете попросить императора о таком одолжении, – заметила я. – После того, как закончим здесь. И отдых может быть не настолько радикально уединённым. За ИСБ во время вашего отсутствия могу присмотреть я.
– Даже не знаю, что бы я без тебя делал, – в искренней благодарности проскользнули нотки сарказма.
Но разобраться в причинах я не успела: Дарион привёл Моерра.
Глава рода Мэгранов неохотно опустился на колени и склонил перед Элоранарром светлую кудрявую голову.
Дарион отступил в коридор и закрыл дверь, а я поднесла арестованному листы с показаниями его сына Альвира.
Моерр скользнул по строкам невыразительным взглядом и ничего не сказал.
– Теперь я слушаю подробности вашей стороны, – сообщил Элоранарр. – Что, как. И почему Мэграны выбрали такой изощрённый способ загубить репутацию своего рода нарушением законов империи и данных императору клятв?
Моерр шумно выдохнул – и снова промолчал.
Откровенную злость Элоранарр и не думал скрывать:
– Не хочешь говорить – отлично. Значит, я начну опрашивать твой род, вассалов, жителей Анларии, Шадаров и их вассалов о том, что они знают о любовной связи твоего наследника с Данарром Шадаром, послужившей причиной этого конфликта.
Моерр поднял на Элоранарра сверкающий гневом взгляд… отвернулся. Медлил, будто борясь с рыком. И наконец выдавил:
– Не надо.
После этого рассказал, как дал Лёвенхорму, у которого уже родился второй сын, возможность исправить ситуацию, но тот не хотел отступать, и Моерр не видел иного выбора, кроме как заставить силой.
– Ты тоже мог обзавестись вторым сыном, – раздражённо напомнил Элоранарр, – а не устраивать бойню. Ты хоть понимаешь, каким кровопролитием это всё могло закончиться? Зачем было доводить до такой крайности?
Моерр оскалился:
– Я глава рода. Я защищаю всех под своим крылом, а семью защищаю особо. Альвир – мой сын.
