Но моя боль заткнута жаждой мести, я в своём уме, от недостатка логики не страдаю, и если эти безумцы хотят занять моё время пропагандой своего бреда, я не прочь послушать. Пусть говорят, может, посланные Элоранарром войска успеют сюда добраться и отвлечь вестников, а я заблокирую двери телекинезом, сорву с перламутрового ментальные амулеты и использую его вместо щита, чтобы продержаться до спасения. Тяжело, но возможно, и от магии я своими амулетами прилично защищена, с прикрытием продержусь.
– Да, я хочу увидеть мир Бездны, – ответила я, – столько слышал о нём, что уже интересно.
– Это не просто интересно, это восхитительно! – улыбался трёхглазый, вынимая из-за пазухи плоскую серебряную шкатулку. – Одного взгляда достаточно, чтобы влюбиться в этот мир навсегда.
Он открыл крышку, и внутри всколыхнулась тёмная субстанция.
Глава 26
Перламутровый дракон чуть подался вперёд. Внутрь шкатулки на субстанцию я прямо не смотрела, взяв цель чуть выше – серебряную пуговицу на бархатном камзоле трёхглазого, ещё и зрение расфокусировала: некоторые артефакты срабатывают при прямом взгляде на них.
И ментальную защиту усилила, не использовав только абсолютный щит, опасный тем, что притуплял мои ощущения и способность влиять на окружающее.
Поэтому сначала я не увидела и не почувствовала ничего, а потом меня накрыло вязким ощущением присутствия чего-то чужеродного, как тогда, в логове Культа, когда фанатики управлялись общим разумом. В этом ощущении я тонула, словно в киселе. Задыхалась, хотя эта сила не пыталась проникнуть в мой разум, лишь скапливалась вокруг, концентрировалась.
– При первом погружении, – мягко заговорил трёхглазый, – впечатление может быть неприятным. К сожалению, у нас не было времени морально подготовить вас к столкновению с другой силой. Это как рождение заново, а рождение всегда болезненно, но после этого, Халэнн, вам всегда будет хорошо. Вы же так невыразимо одиноки…
Он обратился по имени, тем самым изменив мой статус с потенциального противника на того, кого он принимает и признаёт.
И его слова… неужели потом эта чужеродная сила перестанет восприниматься, как нечто агрессивное и неприятное?
Я не заметила, как шкатулка оказалась на стуле, а трёхглазый – рядом со мной:
– Ну же, Халэнн, расслабьтесь, мир Бездны ждёт вас.
Эти слова заставили сильнее сосредоточиться на ментальной защите. Тьма выплеснулась из шкатулки, но не набросилась на меня, она растекалась в стороны и вверх, образуя чуть вогнутую плоскую поверхность.
