И на весь клуб я тоже была невероятно зла – стыд в принципе отлично двигает вперед отрицательные эмоции. А потом мне самой стало смешно. Блин, в этом вся я, в этом моя карма – ну кто еще может попасть в подобного рода переделку? Ну, естественно, Бурундукова. К тому же я поняла, что сердиться бесполезно, реальность от этого уже не изменится. А если изменить реальность я не могу, мне остается ее принять, не так ли?
– Так у вас точно ничего такого не было? – вернулись подружки к важнейшему вопросу.
– Нет!
– Ты еще скажи, что не будет до свадьбы, – посоветовала Маринка, хитро блестя темными глазами.
Я волком на нее взглянула.
– Кто бы говорил. Что-то я не помню, что мне гадалка говорила что-то про свадьбу. А вот про тебя и ребеночка я кое-что слышала.
Подружка мигом перестала хохотать и надулась.
– А ведь гадалка была права, – задумчиво сказала Лидия, – я ведь рассталась с Женей… И невеста у него – блондинка. Миленькая.
Ее кузина как-то побледнела, а потом заставила себя рассмеяться.
– Совпадение! Ты своего фиолетового же не встретила.
Тут побледнела, по-моему, Лидия.
– И не думаю, что встречу, – отозвалась она.
– А Черри ведь на букву «А» зовут – Александром, – сказала я задумчиво. – И про букву «Д» та тетка была права…
Я ведь тогда и предположить не могла, что полюблю Дениса, ведь я с ума сходила по другому парню. А как все вышло…
– А что там у вас с Черри? – полюбопытствовала Лида у сестры. – По-моему, ты с ним каждый день часов по пять переписываешься.
– Ой, мы еще и по телефону разговариваем, – сообщила нам тут же со счастливой влюбленной улыбкой девушка.
– Он такой… такой… Короче, он не такой, каким кажется на первый взгляд.
– Все тут же стало понятно, – проворчала Лида.
– Это в смысле? Он еще хуже, развязнее и наглее, чем есть? – спросила я.
– Нет! Напротив! Он очень милый, очень. Он очень заботливый и может так нежно что-то написать, что мне кажется, что у меня после прочтения его сообщений подкашиваются ноги, – призналась Марина. Лида за ее спиной покрутила пальцем у виска.
– И голос его по телефону немного не такой, каким был раньше. Эх, Сашенька – чудо, мое зелененькое чудо. А какие у него тату… Оу.
– А, по-моему, его друг, Ланде, намного лучше, – сказала Лидка, вспомнив нашу совместную прогулку. – Хороший парень. Один из немногих, кто способен быть преданным, – по ее губам мимолетом пробежала едва уловимая печаль, а в уголках глаз мелькнула тоска. Я коснулась ее ладони своей, мысленно говоря, что все хорошо.
