– Да ну? – скептически посмотрела на затянувшуюся сигаретой экстрасенса скептически настроенная ко всему необычному и мистическому Василиса Петровна. Двадцать пять лет назад о таком сестры даже не заикались.
– Ну да, – выдохнула дым изо рта женщина. – А что?
– Не верю я во все это, – заявила ей библиотекарь. – Да у нас каждый второй экстрасенс. Вот ты что умеешь делать-то?
– Будущее вижу. Прошлое, – нехотя сказала гадалка.
– Ага, видит, – радостно подтвердила ее сестра. – Василиска, правда, видит же! Дар у нее.
– Дар деньгу у людей высасывать? – хохотнула библиотекарь.
– Ну-ка, скажи мне что-нибудь?
– Ты же не веришь, – устало взглянула в ее глаза гадалка и поежилась от порыва ветра, который принес ей одни ведомые запахи – ноздри женщины едва заметно стали раздуваться.
– А ты скажи, вдруг поверю? – не могла успокоиться Василиса Петровна. – Ну, давай же! Про будущее, так и быть, не говори, а вот про прошлое можешь и сказать. Я-то точно знаю, что у меня в прошлом было.
– Скажи ей, – радостно сказала парикмахер, обращаясь к сестре.
– Скажу. – На мгновение гадалка прикрыла глаза, ловя ноздрями новый поток запахов, а потом задумчиво произнесла: – Вижу, стоишь ты около окна открытого и смотришь вниз. А там много-много людей. Совсем еще молодых. Вижу, рука твоя тянется к телефону, и ты зачем-то в милицию звонишь. И зачем? Чего они тебе плохого-то сделали? Просто молодежь собралась.
Василиса Петровна от неожиданности побурела и мелкомелко затрясла подбородком.
– Это… ты… откуда знаешь-то? – пробормотала она, изумленно мигая.
«Неизвестным, пожелавшим остаться неизвестным», действительно была самая лучшая, по словам Дэна, библиотекарь в мире. Она действительно позвонила в полицию, подумав, что наглые подростки около стен родного университета затевают драку. То, что они желают поздравить их общего друга-приятеля и ее любимчика Дэна, подозрительной женщине и в голову не приходило.
– Так экстрасенс же она, говорю тебе, – радостно вмешалась одноклассница Василисы Петровны. – А ты зачем в милицию звонила-то? Случилось что?
– Так судьбе было угодно, – туманно изрекла гадалка, поплотнее закуталась в свой платок и хрипловато засмеялась, увидев на асфальте камешки и травинки, причудливо собравшиеся в букву «с».
"
"На набережной, один за одним, зажглись круглые фонари, и в реке отразились десятки искусственных лун. Настоящая луна, полная, женственная, мерцающая в полупрозрачных тончайших одеяниях из облаков, появилась в речной глади только ближе к полуночи.
